Поэтому давай так: если ты совсем не хочешь иметь со мной ничего общего — просто скажи. Разрывать помолвку сразу вредно, прежде всего, для твоей репутации, но мы выждем время и расстанемся по-тихому. А может и расставаться не придется, — горько усмехнулся мужчина.
— Ты хочешь разорвать помолвку? — растерянно переспросила я.
И вроде совсем недавно сама была не в восторге от происходящего, тогда почему сейчас так больно?
— Важно, чего хочешь ты? — Ксавьер поднялся и обошел стол, встав напротив и скрестив руки на груди.
Не зная что, а главное — как сказать, я выключила кипящий чайник и продолжила молчать, изучая пол. Вариант: «Нет, я не хочу за тебя замуж», - не подходил. Но и ответить: «Да, давай попробуем», - язык не поворачивался.
— Ладно, я все понял, — расценил по-своему мое молчание Ксавьер.
И развернулся на выход.
— Подожди, — остановила мужчину я. Только он почему-то не остановился, а продолжил движение к входной двери. — Да подожди же ты!
Я выскочила из кухни и поймала за руку Ксавьера.
— Ты знаешь, сколько я усилий приложила, чтобы тебя спасти? Да ты даже не представляешь! — судя по недоуменному взгляду лорда, он и правда не представлял. — Я тут стараюсь, а ты…
— А я и не узнаю, как ты для меня стараешься, если ты не расскажешь, — заметил Ксавьер.
— Я собиралась, но ты весь такой обиженный пришел и всякие вопросы задаешь, — я выдохнула. — Я согласна попробовать. В любом случае, ты мне слишком дорого обходишься, чтобы теперь расстаться.
— Это интересно, — поднял бровь Ксавьер. — То есть я стал тебе дорог, но в деньгах, а не в чувствах?
— Одно другому не мешает, — продолжала выкручиваться я. В конце концов, от самопровозглашенного жениха я тоже не слышала слов о великой любви.
— И в чем заключается моя дороговизна? — продолжал допытываться лорд.
— А вот об этом я хотела с тобой поговорить. Давай, может, все-таки пойдем на кухню и выпьем чая? — весь настрой сбил своими упреками, придется заново собираться.
Чай я заваривала обстоятельно и неторопливо разливала по чашкам, но, к сожалению, так и не придумала, как еще можно потянуть время. Поэтому на всякий случай отсев от Ксавьера подальше, начала свой рассказ. Накопилось, оказывается, немало.