Именно хозяйка в десять вечера выгоняла нас из лаборатории, вела на поздний ужин и отправляла спать.
— Вам необходимо нормально высыпаться, — неустанно повторяла моя свекровь на наши слова о производственной необходимости задержаться еще на часик. — Если вы слишком вымотаетесь, то это скажется на вашей работоспособности.
Именно из-за этого мы и уходили, а так бы и ночевали в лаборатории.
После каждой проведенной реакции при добавлении нового вещества сердце замирало. Но пока никаких отклонений я не замечала.
Последней шла кровь василиска. В этот день мы встали затемно, предстояло многое успеть сделать. Позади месяц, за который мы проделали грандиозную работу."
"Сейчас, оглядывая оборудование, занявшее приличную площадь, переработанные ингредиенты, часть из которых мы сохранили в стазисе на всякий непредвиденный случай, вспоминая полученные за месяц практические навыки алхимии и зельеварения, мне казалось, что эти предметы я могла теперь преподавать или получать по ним дополнительное месторское звание.
К последнему ингредиенту — сыворотке из крови василиска, мы подошли совсем поздно, короткая стрелка подходила к девяти вечера.
На одном из столов, подальше от основной рабочей зоны, стоял чайник с какой-то выпечкой. Кажется, до этого мы тоже что-то ели и пили, только я не заметила и не запомнила что.
Сыворотка добавлялась сразу. Когда Майк взял колбу и начал переливать в чашу с лекарством сыворотку, все затаили дыхание. Часы и те притихли, и тикали едва-едва, боясь помешать, и время вместе с ними пошло медленнее, словно завязло и загустело, как и жидкость в колбе.
В чаше пробежала легкая рябь, будто кто-то дунул, а потом легкое свечение вспыхнуло и погасло, оставив слабое-слабое мерцание.
— Мы это сделали, — прошептал Рей.
Майк тяжело оперся ладонями на стол и сдул упавшую на глаза отросшую прядку. Кейв подошел к столу с другой стороны, присел на корточки и стал вглядываться в чашу, стараясь не дышать, чтобы не дай ушедшие…
Я же стояла, не в силах поверить, что это конец.