— До дома час добираться, а устал я, честно говоря… Уверен, ваш цербер, та еще собака, так не устает.
— Ну, собакой Церю можно назвать с очень большой натяжкой, — протянула я. — А если бы видели его треглавого родственника, то про собаку бы точно не подумали. Да и с чего бы ему уставать? Мне б так жить, честное слово, не отказалась бы.
На втором этаже мы расстались. Быстро пожелав спокойной ночи, я практически спряталась в своей комнате, плотно закрыв дверь. Ксавьер не выглядел умирающим, и от этого было только хуже.
В душ я шла на цыпочках и долго отмокала, пока горячая вода не закончилась, и ледяная струя не заставила меня усиленно растираться полотенцем, спешно влезать в ночную рубашку и укутываться в халат. Теперь предстояло дойти до своей комнаты и лечь спать, а еще, желательно, заснуть. На первом этаже чудом уцелевшие часы пробили полночь, но не иначе интуиция заставила меня сначала одним глазком взглянуть на Ксавьера.
А приоткрыв дверь, я сразу поняла: сон отменяется.
Темная магия не использовалась в сегодняшней схватке, но стихийной магии было настолько много, что это не могло пройти для лорда бесследно. И снова он бился в судорогах и горел, а пульс зашкаливал. Я же сломя голову понеслась вниз за саквояжем. Приступ отличался от предыдущих и, боюсь, без вспомогательных средств здесь не обойтись.
Вколоть мужчине спазмолитик оказалось какой-то нереальной задачей.
Сбросив халат, я залезла на лорда сверху, пытаясь усилить воздействие через прикосновения и сокращение расстояния, одним рывком разорвав рубашку и распахнув края в стороны. Осталось вытащить из мужчины излишки его магии и влить свою, не отравленную болезнью. Но на деле магия почти не действовала, а силы у меня не бесконечные.
Удержать Ксавьера оказалось посложнее, чем грифона во время гона, пришлось тратить дополнительные силы на фиксацию. Сначала я старалась осторожнее, советник его величества, лорд Тайны, как-никак. Но потом плюнула, применив один из самых болевых приемов.