Тот снова попытался вырваться, но мужчина держал его крепко.
Потому что, если отпустит, мать к ним не подойдет. Она пройдет мимо.
Зоя моргнула ещё раз и направилась в их сторону.
Вот так… Давай, сладкая, ещё ближе. Дай вдохнуть твой запах, дай ему иллюзию близости.
— Добрый день, — скупо поздоровалась она и быстро, точно боясь, что передумает, заговорила: — Спасибо, что остановили Руслана. Он всё утро пытается сбежать от меня.
Значит, Руслан.
Сын?..
В груди Назара зажгло сильнее. Ярость, злость, ревность — все те чувства, на которые он не имеет права в отношении неё, всколыхнулись.
— Добрый, Зоя, — первым отреагировал отец.
— Как поживаете, Касим Вадимович?
Она пыталась держаться. Говорила, не смотря на Назара.
А он не мог от неё взгляда отвести.
И пусть всё горит огнем!
Она рядом.
Здесь.
В его отеле. На его территории.
— Мам… мама…
Значит, всё-таки мама… Назар пытался дышать. Вдох-выдох.
А муж?.
Назар ещё сильнее сжал губы. Не сорваться бы и не наговорить лишнего. Не напугать её. Вернее, не спугнуть.
— Спасибо, хорошо, — медленно ответил отец. Он выглядел тоже немного растерянным, что для Назара оказалось неожиданностью. Отец посмотрел на Зою, на него, потом на мальчика. — Надолго в наши края, Зоя?
— Как получится. Пока на неделю. Руслан, иди ко мне.
— Меня не пускают, я про то и говорю! Вон как держат! Мам, а это твои знакомые? Да, мам?
Мальчик тараторил и снова дернул руку.
Зоя и её сын — они стояли рядом.
И не его… Оба.
А могли бы быть.
Назар одернул себя. Всё складывается так, как и должно быть. Не больше, не меньше.
— Да, — ответила она сыну и положила правую руку на его темноволосую головку.
Кольца на безымянном пальце у неё не было. Взгляд Назара сразу же метнулся к её руке и выхватил этот нюанс.
Не замужем или сняла для отдыха? Или просто не носит?
Он бы точно не разрешил ей снять обручального кольца! Чтобы каждый мужик в десяти метрах от неё знал, что она несвободна! Чтобы не смел подходить, дышать в её сторону.
Тормози, Ватаров…
С Зоей подобные эмоции его одолевали с первой встречи. Обрушивались, сбивали с ног. Тогда радовался. Потому что дурнем молодым был. Увидел её родинку ниже губы и всё. Пропал.
— Извините, я… мы спешим.