Маша знала, что у него там всего одна приличная спальня, которую он обустроил специально для них, – сама видела во время экскурсии на прошлой неделе. Они тогда попали под проливной дождь и забежали на проспект Ветеранов, чтобы переждать непогоду, так как просто не хотели расставаться из-за капризов природы.
— Этот дом требует глобальной реставрации. Скорее всего, восемнадцатый век, — сказала она, с восторгом рассматривая старинную лепнину и дорогие пыльные ткани гостиной.
— Этому дому нужна хорошая кувалда.
В его комнату в тот день они так и не зашли, посмотрев помещение с огромной кроватью из коридора, но сегодня не только собирались войти, но и остаться как минимум до утра.
Они доехали слишком быстро.
Вся дорога показалась Маше лишь мгновением, за которое она не успела настроиться. Но назад пути уже не было.
Алекс пропустил Маша внутрь дома с тёмным узким коридором. Он закрыл двери со звучным щелчком. Девушка вздрогнула.
Умом она понимала, что боятся нечего, вот только страх не отпускал, и она обхватила себя руками. Алекс подошёл к ней сзади и прижал её к себе.
— Я схожу по тебе с ума, — сказал он, лаская губами её шею и согревая заледеневшую кожу. Она успокаивалась, пока он вытаскивал шпильки из её вечного пучка на голове. Выпустив на свободу все пряди пышных волос, он вдохнул любимый аромат зелёного чая.
И снова эти отголоски воспоминаний, как из другого мира заполнили его сознание.
Он повёл её по коридору.
— Только не молчи, чтобы я не подумал, что ты не хочешь здесь находиться.
Маша резко развернулась и посмотрела в потемневшие от возбуждения глаза парня, чувствуя, как трётся об неё твёрдый член.
Она уже держала его в руках, но еще не видела.
— Это единственное место, где я хочу быть, — страстно убеждала она, поглаживая его грудь и живот. — Моё место рядом с тобой.
— Со мной, — согласился он, обнимая её и поднимая, чтобы она обхватила его ногами.
Он понёс её наверх, так легко держа на руках, словно она ничего не весила.
В комнате было свежо: из открытого окна задувал уже по-осеннему прохладный воздух. На стенах висели пожелтевшие от времени, но чистые обои. Шторы были выстираны, а постель застелена новым зелёным покрывалом.
Алекс поставил Машу на пол и на негнущихся ногах прошёл и сел на кровать с четырьмя резными столбиками из уже потемневшего дуба.
Маша прикрыла окно и повернулась к Алексу лицом.