Да, их может привлекать тело или разум, но без более глубокого взаимодействия любые отношения, будь то дружеские или любовные, рано или поздно распадаются. Проклятый может выйти замуж или жениться, но никто в этом браке счастлив не будет.
— Его можно снять? — спросил Эйден, с тревогой косясь на осунувшуюся Виолу, которая смотрела перед собой пустым взглядом. Ему хотелось хоть как-то ей помочь. Он и сам не понимал, почему испытывает такие порывы. Решил, что все дело в том, что на время они вроде как напарники, поэтому он обязан о ней позаботиться.
Мадлена поджала губы.
— Конкретно это кольцо — стихийное. Вероятнее всего, ее прокляли неосознанно, в порыве сильных негативных чувств. Я не могу распознать почерк колдуна, могу только сказать, что это был мужчина. Снять такие проклятия очень сложно. У стихийников всегда есть какое-то особенное условие. В любом случае снять его может только сама Виола. Ты, — ведьма обратилась к Виолетте, которая тут же вздрогнула, вернувшись из своих мыслей, — должна вспомнить условие снятия.
— Я не понимаю, — вяло отозвалась Виола, нахмурившись.
— Ты никогда не выйдешь замуж! — внезапно громко произнесла Мадлена, отчего Виолетта вздрогнула. — Тебя никто не полюбит! Ты никому, кроме меня, не будешь нужна! Обычные слова при стихийном проклятии одиночества. Если вспомнишь подобные слова, сказанные тебе, то сможешь снять кольцо.
— То есть, — вмешался в разговор Эйден, — слова «ты никогда не выйдешь замуж» — это условие? И для того, чтобы снять кольцо, проклятой нужно всего лишь сыграть с кем-нибудь свадьбу?
— Верно, — улыбнулась Мадлена.
— Мне надо подумать, — произнесла она тихо. — Спасибо за вашу помощь, — добавила Виола и направилась к выходу.
Мадлена глянула на Эйдена, но тот ничего не объяснил, просто поблагодарил ведьму и торопливо последовал за уходящей девушкой.
Возвращались они другой дорогой. Появившийся неизвестно откуда слуга подвел их к неприметной двери (не той, через которую они пришли). За ней оказалась местная таверна. В это время там было мало гостей, и никто не обратил внимания на появившихся из-за двери людей.