Я продолжала держать свою руку на руке Райана. Мне показалось даже, что его кожа стала прохладнее.
Вдруг рука мужа дернулась, я подняла взгляд на его лицо и увидела, как затрепетали ресницы."
"Сердце забилось сильнее, но я взяла себя в руки, выскочила из палаты и закричала:
— Доктор!
Быстро заметила, как ко мне метнулась медсестра. Но я не заметила даже бейджа. Что есть сил начала её трясти за плечи, со всей своей драконьей силы:
— Мой муж! Он двигается! — кричала на неё, а дамочка явно ничего не понимала.
— Подождите, секунду! — авторитетный тон. Да как она вообще может сейчас медлить?! Пациент лежит там, в палате, а она просто спокойно говорит мне об этом. — Я позову доктора.
И куда-то быстро ушла. А я тем временем снова вбежала в палату и кинулась к своему мужу. Он больше не двигался. Да, ресницы немного подрагивали, но это повторялось уже некоторое время.
А я не могла взять себя в руки. Пальцы как-то даже сами ухватились за какой-то пикающий аппарат, а глаза смотрели только на мужа.
— Миссис Штейн?!
— У него дёрнулись руки, я видела это! — начала быстро рассказывать, но меня точно не слушали.
— Миссис Штейн, пожалуйста, покиньте палату! — после этих слов всё та же медсестра вытолкала меня из помещения и захлопнула за мной дверь.
Сначала я ударила в ту кулаком, чтобы хоть как-то успокоить чувства. Но разве их так просто успокоишь? Кровь прилила к щекам, мозг просто вскипал, а сердце билось в бешеном темпе.
Чёрт! Чёртова клиника! Чёртовы врачи!
Да и я ничем от всего этого не отличаюсь. Это я во всём виновата. Чёрт меня дёрнул так просто улететь, оставить моего любимого, истинного мужа рядом с той сучкой-суккубой. Я должна была остаться рядом с ним, и мы должны были вместе выжать её из дому, из нашего гнёздышка.
А что сейчас? Мой муж ни жив, ни мёртв, борется с болезнью, и кто вообще знает, что с ним произойдёт дальше.
Слёзы хлынули из глаз так резко, что я даже не успела достать салфетку. Всё поплыло перед глазами, сквозь свои всхлипы слышала, как доктор даёт какие-то команды медсестре, но для меня это только тарабарщина. Я даже ничего не знаю об этом! Ничего! Знаю только, что мой супруг, мой милый Райан, должен поправиться.