Но вряд ли это кто-то заметит: такие покраснения у драконов проходят за пару секунд, поэтому доказывать потом, что кто-то сделал мне больно, сложно.
— Отпусти! — потребовала, но меня не послушали, он резко потянул на себя, а я — развернулась, но не прошло и мгновения, как он прижал меня к себе. Сильная грудь отдавала жаром даже через идеально выглаженную рубашку и дорогой пиджак.
— Отпусти! — снова голос в пустоту. Райану не нужно было ничего говорить. Он дал мне немного пространства, создал иллюзию того, что отпускает, но в ту же секунду его пальцы легли на спину.
Пальцы скользнули по линии позвоночника, разжигая внутри настоящую искру драконьего огня. Я почувствовала, как тело затопило жаром, плечи сами выравниваются. Голову я непроизвольно запрокинула назад, чувствуя такой прилив истомы, что захотелось провести рукой по собственной груди и ощутить обжигающую кожу.
Пальцы двигались дальше, а я, кажется, начинала потихоньку сгорать. Мои руки начинали дрожать, в голове начали появляться непристойные мысли, которых точно раньше не было. Я представила Штейна, как он снимает свой пиджак, лишает меня платья и…
— Марго! — пыталась привести себя в чувство, но тело горело так сильно, что я ничего не могла с этим сделать. Что этот чёртов оборотень себе позволяет? Я же не могу сдаться просто так! Тело предательски поддавалось его ласке, а он, понимая, что может позволить себе больше, скользнул к моим бёдрам.
— Ещё? — снова издевался, но я не подавала виду. Во всяком случае, старалась. От каждого его движения по коже бежали мурашки, по телу разливалось приятное чувство, а мне хотелось сгорать в его руках.
— Нет, — пыталась отказаться, но тело говорило «да». Успокоиться я не могла, как и понять то, почему так происходит. Может, я просто изголодалась по ласкам от мужчин или меня так ещё никто не касался?
Какая разница? Марго, вспомни, кому принадлежат эти руки!
Эта мысль наконец отрезвила.
Один коготь коснулся ткани платья.