Вновь исчез в ванной и оттуда донеслась приглушенная мелодичная брань на древнеэльфийском. Заслушаться можно!
Тут же резко и требовательно зазвонил телефон. Ну кто там еще?..
Глава 14
Я взглянула на экран телефона и, торопливо вытирая жирные пальцы салфеткой, схватилась за трубку, прижимая ее плечом к уху.
— Привет, колокольчик! — голос матери звучал устало, но довольно бодро.
— Привет, мам. Как ты?
— Доктор Эрендил говорит, что все хорошо и я явно иду на поправку. Представляешь, — она понизила голос до заговорщицкого возмущенного шепота.
Доктор Эрендил был ее лечащим врачом. И с некоторых пор стал оказывать ей знаки внимания, которые явно выходили за рамки отношений между доктором и пациентом. Меня это одновременно умиляло и радовало. А вот мама пыталась разыгрывать возмущение, хотя я чувствовала, что ей одновременно приятно и неловко.
В свои сорок пять лет мама была еще очень молодой и красивой женщиной. Даже сейчас, несмотря на болезненную худобу и синяки под глазами — она все еще притягивала мужские взгляды.
— Безобразие! — поддакнула я. — Скажи, чтобы в следующий раз принес домашний пирог с мясом и суп, а то что он как маленький.
— Хлоя⁉ — возмутилась мама и тут же поторопилась сменить тему. — А у тебя как дела?
Я бодро отрапортовала, что все отлично. Рассказала о практике, капитане Кортесе и коллегах, естественно опуская пари и все неприятности.
— Кажется, тебе грустно, Колокольчик?.. — ее голос прозвучал обеспокоенно.
— Просто устала. Тяжелая неделька выдалась… — на мгновение замешкалась: меня так и подмывало рассказать о встрече с «папашей». — Мам, я давно хотела спросить про… отца. Я ведь помню, как ты работала на двух работах, чтобы мы могли выжить.
"— Предлагал, конечно… — ее голос задрожал, это чувствовалось даже на расстоянии. — Деньги, содержание, квартиру. Но лишь при одном условии: если я останусь его любовницей. Пока не надоем. А когда я отказалась, сказал, что еще пожалею и приползу обратно, но после такого щедрого предложения уже не будет.