Для него – остальные ученики справлялись с этим легко, непринужденно и почти играючи, красуясь тем, какие пируэты подносы выписывают в воздухе, когда летят к специально отведенному под грязную посуду столу.
Поднос нельзя было нести – нужно перемещать плетениями, тщательно следя за тем, чтобы не одна тарелка не упала на пол. Коста – справлялся, но обычно к самому концу на лбу немного выступал пот от напряжения – даже такое простое плетение требовало достаточно сил.
Коста привычно щелкнул пальцами, выплетая узел – первый, второй, захват, подъем, выравнивание траектории и поднос медленно и плавно начал двигаться по воздуху к дальнему большому столу.
«БУХ!»
Столкновение было внезапным – плетения сверкнули в воздухе прямо над ухом, и чужой поднос лихо взмыл в воздух, зацепив его плетения краем – и тарелки, пиалы, стакан, все посыпалось на пол с оглушительным грохотом, остатки еды, соуса и морса окатили Косту с головой.
– Мои извинения, не думал, что ты не удержишь, Шестнадцатый, – Толстяк улыбался, сочувственно разведя руки в стороны. Его поднос плавно опустился на соседний столик – нетронутым. – Нужно тренировать плетения, – добавил Толстяк назидательным тоном, – тем более настолько… простые. Когда так плохо с координацией и контролем.
За столом Толстяка сидело ещё двое учеников, и они опустили головы к тарелкам, беззвучно смеясь.
Коста молчал. И думал, как же в такие моменты ему не хватает рядом Пятого. Тот непременно что-то выкинул бы, придумал, превратил все в настолько большой бред, что…
– …а если силы не хватает даже на то, чтобы удержать поднос, может… стоит просто перестать есть? За любую ошибку последует наказание, – просвистел Толстяк, удовлетворенно улыбаясь.
Коста медленно снял с волос остатки морской травы – сегодня давали салат из острых водорослей, и отряхнулся, как собака, разбрызгивая морс с волос.
– Ох, кажется, нам не повезло… и нас сейчас будут бить… – рассмеялся Толстяк. И вся столовая жадно замерла в продолжении. – Наверное, так же, как на сегодняшней тренировке? – Нанес Толстяк очередной удар.