– Варианты? Другие варианты? – Голос Пятого вился под потолок и почти оглушил после долгих мгновений тишины. – Можно подумать у него есть выбор, можно подумать он не на последнем месте…
– …на предпоследнем…
– …в рейтинге, а на первых строчках и может выбирать… варианты… варианты может и есть, но не для тебя! Точнее это ты – не вариант, – закончил Пятый возмущенно. – Видит Великий, это невероятно. Единственный, кто нам подходит это Семнадцатый… Да я тебе одолжение сделал… во-о-о-т такое! Что вообще согласился!
– Нет.
– Да ты знаешь, сколько вас было таких?! – колыхнулась тьма рядом.
– Сколько.
Пятый не ответил, затеребив жетон – металл дзынькнул, ударившись о браслеты на запястьях, и Коста понял, что ответа не будет. Как и на все вопросы, на которые не хотел отвечать, Пятый всегда замолкал, схватившись за личный номер.
– Но почему не Семнадцатый? – снова начал сосед, после долгих мгновений молчание во тьме, когда тишина стала настолько невыносимой, что почти зазвенело в ушах.
– Нет и всё.
"– Он нам подходит! Потому что он тоже не начинал обучение сначала, он так и не стал своим, он чужой, как и мы… и он приютский… из приюта Арров на побережье и всегда будет вторым сортом и никакая сила, никакой круг не заставит кого-то считать его равным…
– Даже тебя? – хрипло уточнил Коста.
– Меня, – Пятый поперхнулся.
– Вы не общаетесь, спорите, хотя оба занимаетесь у Шрама, иначе у вас уже была бы сработанная двойка… Но двойки нет. За последние пару дней вы, – Коста пошевелил пальцами, загнув три, – вы спорили трижды, но сейчас ты – в карцере, и ты предлагаешь Семнадцатого?
– Это долгая история, – после короткого молчания отозвался Пятый.
* * *Пятый достал его через… сколько времени прошло, Коста не знал, но тут умудрился, сильно фальшивя, напеть несколько песен, разбавляя тишину, прочитать несколько гимнов Великого и молитв, а также вылакать всю последнюю воду из кувшина, который разбил, поставив мимо стола, и теперь глиняные черепки хрустели под ногами.
– Ла-ла…ла-ла-ла…
«Хрусь, хрусь, хрусь».
– Ла-ла-ла… ла-ла-ла…
«Хрусь, хрусь, хрусь».
– Ты можешь сесть? – процедил Коста – голова разболелась снова. – И не ходить туда-сюда, туда-сюда…
– Ты все равно меня не видишь… – Ла-ла-ла… ла-ла-ла…
«Хрусь, хрусь, хрусь».
– Сядь. Успокойся…
– Ты меня не видишь, не видишь, не видишь… а раз не видишь не поймаешь… – Ла-ла-ла… ла-ла-ла…
«Хрусь, хрусь, хрусь».
– Сядь уже!
– Ла – ла – ла… ла – ла – ла…
«Хрусь, хрусь, хрусь».