Дорога уже шла вверх – к горным плато, и внизу было хорошо видно, как над новым Керном в небе разворачивал свои щупальца огненный цветок.
Как вращаясь, раскручивается всё сильнее и сильнее, пожирая тьму над городом, алая пасть воронки…
Глава 11. Щит. Часть 1
Три декады спустя
Граница Восточного и Северного пределов
Река несла свои воды тихо. «С достоинством, которого не хватает многим Высшим» – так сказал Наставник Хо.
Просто течь. Жить, огибая препятствия, пробивая себе путь в скалах, торя новое русло на равнинах, и нести свои воды далеко-далеко – в Бирюзовое море.
До другого берега – сколько взмахов птичьих крыльев?"
"Коста прикладывал ладошку к глазам, щурился, пытаясь подсчитать ширину реки, но постоянно сбивался на сотом взмахе. Горные орланы кружили низко, белое оперенье вспыхивало в лучах светила, тревожный клекот надоел, но мастер говорил: «Птичьи крики – это хорошо». Орланы считают их добычей и поэтому кружат над лагерем, но также увидят чужих далеко за полдня пути – если поднимутся до облаков и дадут знать о приближающихся врагах.
«Меньшая опасность предупредит о большей, читай знаки».
Река несла свои воды тихо. Мутная, ледяная вода, изрытая воронками водоворотов, сердито набегала на берег, ударяясь об острые обрывистые скалы, которые сковывали ее путь. Напоенная снегами Лирнейских и талыми водами Восточных предгорий, она спускалась в долину с оглушительным ревом, и усмирялась только здесь – на этом отрезке пути.
Коста – умиротворенно молчал.
Как и всю декаду, устроившись на теплой меховой подстилке, раскладывал листы, походную доску и – рисовал.
Наставник всю время молчал больше обычного, уделяя время только Таби-эр. И то, потому что «заноза» притихла настолько, что почти погасла. Не истерила, не плакала, не просила, не требовала, не настаивала, просто – замерзла внутри, оттаивая лишь изредка – на закате.
Клановым менталистам запрещено многое, но что запрещены «вестники», Коста узнал недавно. У мастера были свои связи в Керне – каждый день ровно две вспышки – два вестника – городским, и куда-то в горы.