Варя рассказала, что решила позвонить подруге. Дозвониться некоторое время не могла, пришлось набирать номер несколько раз. Потом она услышала в соседней комнате шаги и звук выстрела, который сперва приняла за шум от падения какого-то очень тяжелого предмета. Потом опять раздались шаги и хлопнула входная дверь. Когда она выглянула…"
"– Я сперва решила, что он покончил с собой, – запинаясь, рассказывала Варя. Ее слушали очень внимательно, и от этого она еще больше терялась. Ей казалось, что ее сейчас остановят и спросят, почему она лжет.
– Вы случайно не знали – у него было оружие? – перебил ее оперативник.
Варя ответила, что таких подробностей не знает. Вмешался тесть покойного. Он сообщил, что у Николая не только не было оружия – он его просто боялся.
– У меня у самого есть охотничья лицензия, – объяснил тот. – И ружье есть, конечно, зарегистрированное.
– По-вашему, сам он застрелиться не мог? – спросил оперативник, продолжая разглядывать тело, вокруг которого хлопотал эксперт.
– Да никогда! – убежденно произнес отец Лизы. – Он бы и не сообразил, куда там нажимать.
– Пистолет видели раньше?
Тот это отрицал. Из кухни выглянула заплаканная, раскрасневшаяся Анна Павловна и сипло сообщила, что она тоже этого проклятого пистолета не видала. И уверена – его бросил убийца.
– Вы сколько времени провели в той комнате? – повернулся следователь к Варе.
Та подумала и робко предположила, что, наверное, минут пятнадцать. Никак не больше, скорее всего, даже меньше.
– Вы что, пятнадцать минут не могли дозвониться до подруги?
– Да, все время было занято.
Потом оперативник расспрашивал родителей Лизы, не пропало ли что-нибудь из квартиры. Они тщательно все обыскали и заявили, что все ценные вещи остались на своих местах.
– А особенно у них нечего было брать, – всхлипывала Анна Павловна. – А все что есть – мы им подарили. И телевизор мы им купили, и магнитофон, и мебель… Она зарабатывала так, средне… А Николай вообще второй год нигде не работал.