– Возможно или точно? Вы проводили его к заведующей, оставались там некоторое время, затем вышли одна. Ещше через несколько минут мужчина тоже вышел и покинул помещение мастерской. Это – свидетельские показания одного из сотрудников.
Наташа поморщилась:
– Зачем вы спрашиваете меня, если у вас уже все записано, что я делала, куда зашла, когда вышла? Если я скажу, что не помню этого – вы же все равно ничего менять не станете?
– Менять не стану, но буду дальше проверять, – пояснил следователь.
– Ну пусть их вспоминают, а я не помню, – упрямо повторила она. – У кого-то оказалась хорошая память! Помнит все лучше меня. Почему же он только теперь заговорил? Или это она?
– Не суть важно. Значит, можно записать, что вы эти данные подтверждать не желаете?
– Не могу, – уточнила Наталья. – Или вам нужно, чтобы я соврала? Соврать-то недолго.
Она явилась к следователю в джинсах и теплом свитере. Когда Наталья протянула руку, чтобы забрать пропуск, тот заметил:
– В прошлый раз вы вроде были одеты по-другому?
Женщина недоуменно подняла на него глаза:
– Возможно. Я все-таки иногда переодеваюсь.
– У меня к вам немного неформальная просьба, – дружелюбно сказал он.
"Наталья буквально вырвала пропуск у него из пальцев. Вскочила и возмущенно заявила, что это уже переходит всякие границы. Что если хотят сделать у нее дома обыск – пусть приходят и берут все, что угодно. Женщина начала плакать и, захлебываясь рыданиями, выдавила, что с ней не имеют права так обращаться! А ее серая юбка – пока что ее собственность! Хотела бы она знать, зачем она кому-то понадобилась?!
– Успокойтесь, никакого обыска у вас делать не будут, у меня пока нет на это права, – так же дружелюбно сказал следователь.
– Да как моя юбка может чему-то помочь?! И вообще, она, кажется, в стирке. – Женщина все еще всхлипывала.