Ей не хотелось его продавать – если бы кто-то ей такое сказал, она бы удивилась… «Как-то с ним еще будут обращаться, – думала она, засаживая Гену в плотный холщовый мешок. Крокодил сопротивлялся, но весьма слабо. После кормления он становился сонным. Она дала новому хозяину Гены несколько советов и попросила обращаться к ней, если возникнут трудности. Тот унес мешок, и продавщицы, дождавшись его ухода, захлопали в ладоши:
– Слава тебе, господи! Избавились, наконец! Чуть не в убыток себе!
– Варь, ты рада? – окликнула ее женщина из-за соседнего прилавка.
«Да уж, знаменательный день, – думала Варя, начиная прибираться в террариуме. – А вдруг это Чижик-Пыжик наколдовал? Как-никак, я ему дала пять копеек… Правда, что это за удача! В самом деле, пятикопеечная какая-то…»
Ближе к концу рабочего дня она позвонила домой, рассчитывая застать там мать. Но в трубке раздавались частые гудки. Варя выругала себя – сегодня утром, убегая на работу, она забыла подключить телефон! А мать, наверное, не догадалась это сделать.
День показался ей бесконечным. Она отвыкла стоять за прилавком, и ей все еще казалось, что нужно куда-то идти, что-то снимать… «Кстати, нужно отдать на проявку наши пленки, – подумала она. – У меня отснята одна, у Андрея две… Хотя нет, он заряжал еще и третью. Интересно, доснял он ее в последний день или нет? Она осталась в его фотоаппарате.
Кристина ждала ее в условленном месте, брезгливо отодвинувшись от какого-то опустившегося типа, который меланхолично жевал рядом с ней чебурек. Увидев подругу, женщина вскочила:
– Только не здесь. Пойдем ко мне, это же рядом!
– Но меня мать ждет…
– Полчасика подождет. Это слишком важно.
Конечно, насчет «получасика» Кристина, как всегда, поскромничала. Сперва ей нужно было купить молоко.
Семилетний Гриша смотрел телевизор. Четырехлетний Ванька дьявольски орал. Он был голоден.