Пасынки Джихада

Потом мы как следует пожрали, у них на кухне было много хорошей еды, прибрали за собой — посуду сполоснули кипятком, залили в мойке горячей водой, и сели ждать, выставив пост (Артура, естественно) на крылечке.

Только не надо думать, что мы совсем оборзели от безнаказанности или ненароком утратили чувство здравого смысла. Напротив, всё было рассчитано до мелочей.

Вот выводы из информации, которой мы располагали — по допросу жены Руденко и личным наблюдениям.

За полковником, скорее всего, следили давно, и вовсе не в связи с нашей деятельностью, а по поводу каких-то других махинаций более безобидного характера.

В противном случае (если предположить, что откуда-то со стороны Майрбека произошла утечка информации и вся эта активность связана именно с нами) следует признать, что те, кто за ним следил, — конченые идиоты. Иначе трудно объяснить всю эту канитель с погоней, начавшуюся практически сразу после нашего появления.

Чем именно занимался полковник, догадаться было нетрудно. Скорее всего, какими-то махинациями с документами.

Исходя из этого логично предположить, что по делу он проходит не в роли особо опасного государственного преступника, а так себе — что-то типа военного негодяя средних размеров. Если бы было наоборот, брал бы его спецназ, и здесь сейчас топталась бы многочисленная опергруппа, состоящая сплошь из потомков чугунного Феликса.

Далее: почти сто процентов, что этим делом занимается войсковая контрразведка. Открою секрет, в этой дивизии я бывал не раз, обстановкой владею.

Вся эта кавалькада с трофейным «мерсом» не поехала в глубь городка, а остановилась где-то как раз в районе узла. В смысле, узла связи — это военные так говорят «узел», без уточнения, потому что и так понятно, что других узлов в армии нет. На узле связи располагается особый отдел, вам об этом любой солдат дивизии скажет.

Как работает наша контрразведка, я знаю не понаслышке. Вернее, извиняюсь — конечно же, не наша, а их! Это я просто иногда забываюсь, отвыкнуть не могу…

В общем, приходилось в своё время сталкиваться.

"

"Особенности здесь таковы: контрразведка занимается военными, а военные у нас всегда проходили по неофициальному общегражданскому статусу как бессловесная скотина, не имеющая никаких прав. То есть если где-то там милицейские опера вламываются без постановления в чужую хату и им за самоуправство может достаться на орехи, то в данном случае об этом даже и не вспомнит никто, настолько смехотворным кажется такое развитие событий.