Ква… — Пятнадцать минут…
Так, надо ускоряться, мне же ещё возвращаться…
С каждой минутой обыска стола Геллерштейна мне всё больше и больше становилось понятно, что моя идея на редкость идиотская. Ну в самом деле, что я рассчитывал найти в этой кипе бумаг и…
Планшет!
Всё может храниться там!
Устройство лежало в нижнем ящике. Достав его, я активировал экран, и нахмурился.
Был нужен отпечаток пальца или здоровенный, судя по звёздочкам, буквенный пароль. Буквенный, мать его — не цифровой!
Шансов ноль…
Я выдохнул, положил планшет на стол перед собой.
Насколько успел узнать профессора, он не стал бы использовать для пароля имя любимого питомца, фамилию, или что-то подобное. Не в его стиле. Это скорее что-то, что подчёркивает его любовь к себе…
Или что-то, к чему он испытывает уважение… Что-то — или кто-то…
Судя по высокомерию профессора, таких вещей или личностей может быть немного…
Я попробовал ввести его фамилию — число звёздочек совпадало…
Геллерштейн…
«Доступ запрещён!»
Ну, этого следовало ожидать…
Я внимательно огляделся.
Александр 4? Нет, не хватает символа.
Напротив, между книжными шкафами — картина, на которой изображён Александр Флемминг, изобретатель пенициллина… Тоже мимо.
Во втором ящике стола — законсервированные в стеклянные кубы грибы… Их названий я не знал…
— Лиза, — прошептал я, — Чей это бюст?
— Эта скульптура изображает швейцарского алхимика Парацельса, артефактора, врача, философа, естествоиспытателя, натурфилософа эпохи Возрождения.
Бинго!"
"«Медицинская наука — это искусство, а не механическая процедура»! Точно! Геллерштейн упоминал это высказывание Парацельса во время экскурсии!
Я взял планшет и ввёл имя… Но… Не хватало двух символов!
Что-то тут не так…
— Лиза, как правильно пишется имя Парацельса?
— Парацельсус.
«Доступ разрешён!»
Есть!
Экран разблокировался, и я тут же кинулся исследовать рабочий стол, папки на нём и файловую систему.