Они тащили на своих плечах Кубок Синего Пламени, установленный на небольшое основание.
Приблизившись, они установили трофей прямо перед нами — и команда завопила от радости, пустившись в безумный пляс.
Журналисты продолжали снимать и вести репортаж, трибуны ревели, а Кощеев, поздравив нас, махнул рукой — мол, наслаждайтесь моментом.
Я оказался у Кубка первым. Времени оставалось мало, так что требовалось воспользоваться им как можно скорее.
Трофей оказался тяжёлым, но поднимать его я не собирался — подошёл ближе и обхватил чашу артефакта, якобы позируя для фотографии.
Его поверхность мягко пульсировала голубоватым светом.
Время будто замедлилось, когда я почувствовал, что волнение отходит на второй план, уступая место спокойствию.
Я победил. Я добрался до первой важной цели! И я совершенно точно не собирался её упускать!
Кощеев продолжал что-то говорить о воли к победе, о духе настоящего соперничества, ещё о чём-то — но мой мир сузился до Кубка, стоящего передо мной.
Его холодная поверхность будто пульсировала под моими пальцами.
Я покачнулся, но устоял на ногах, и это замешательство никто не заметил."
"Но в следующий момент всё моё тело пронзило лёгкое покалывание. Оно нарастало, будто сам Эфир противился моему желанию забрать его! В ноздри ударил сладкий медовый аромат — настолько яркий, что все мысли в голове мгновенно перепутались!
Я думал только о том, что если сейчас не справлюсь — не только упущу мощь, но и раскрою себя… Пот стекал по спине, смешиваясь с потоком эмоций, захлёстывающих меня…
Я сосредоточился, пытаясь унять трепет, охвативший сердце.
Словно ощутив, что я умею обращаться с ним, сопротивление Эфира ослабело — бурный, холодный и жестокий поток энергии успокоился, превратившись в спокойную реку, и стал стремительно наполнять амулет.
Хоть бы хватило объёма…
Стоило подумать об этом, как пришёл откат — Заполнив амулет, Эфир колебался, и я почувствовал, как он пытается вырваться, заполучить свободу! Напряжение нарастало, и я снова сосредоточился, создавая тончайшую, едва уловимую связь между собой и древней энергией… Мои пальцы, всё ещё покоящиеся на Кубке, задрожали от усилия, а перед глазами заплясали искры.