Матвей вырубил его на уклоне, ногой в низ живота, развернулся, чтобы прыгнуть к Кийку, но больше, даже обладая сверхреакцией, ничего не успел сделать. Кийк не стал рисковать и выстрелил в него из сугтестора «Удав», именуемого в среде профи «глушаком».
Сознание Матвея вылетело из тела, как ядро из пушки, породив страшное «землетрясение» головы и затихающий гул нервного урагана. Он застыл, пустой, как робот, из которого вынули дискету программы, как слепое каменное изваяние, как Сфинкс в пустыне Египта, и Вечность набросила на него свое покрывало, словно он уже умер…
Но…
Тик-тик-тик – упала песчинка тысячелетия на дно песочных часов…
Тик-тик-тик – пролетела еще тысяча лет…
Кто это считает?.
Не надо считать, а то вернется способность думать…
Разве это плохо – думать?
Да, способность думать – замечательный дар, но способность не думать – дар больший! Научившийся жить рефлекторно, не думая, свободен от груза и давления, которое несет даже мысль! Озарение приходит именно к нему…
И в тот момент, когда сознание Матвея погасло окончательно, ментальное озарение пронизало его с ног до головы, породив состояние самадхи.
«Сфинкс» растрескался и осыпался грудой камней с нового, ожившего тела Матвея, когда тот огляделся вокруг и начал действовать.
Первое: увидев, что друг его безвольно застыл, Стас побледнел и опустил руки, а потом внезапно бросился с кулаками на вышедшего из-за двери спальни человека с пистолетом, в результате чего тот не успел для верности облучить Соболева еще раз. Второе: приподнявшись в кресле, Кристина шагнула к этому человеку, повернувшемуся в этот момент к ней спиной, и воткнула ему ниже спины спицу: она вязала, когда пришли «гости».
Человек с пистолетом изумленно вскрикнул, оглянулся на девушку, отмахнулся от нее, так что она врезалась головой в сервант, небрежно отпихнул Стаса… и в этот момент Матвей пропал. То есть никуда он, конечно, не пропал, просто перешел в иное качество с другим темпом жизни, но для боевиков Пауля Артуровича Кийка он действительно исчез.