Оба не сомневались, что справятся с этим быстро и просто, тем более что здесь их так скоро не ждали…
– Если только Шаровский не звякнул шефу, – шепотом поделился сомнениями Василий.
– Не посмеет, – так же шепотом ответил Матвей. – Расходимся: ты влево, я вправо – встречаемся у главного здания с тарелкой антенны, о которой говорил Шаровский.
– Хорошо, что дождя нет, терпеть ненавижу слякоть.
– Тем не менее слева начинается болотце, чуешь лягушек? Видишь хорошо? Пошли.
Но в этот момент на дороге в полусотне метров от машины «диверсантов» появилась тень, вспыхнул и погас желтый огонек.
– Соболев, не стреляй, это я.
Тень бесшумно переместилась ближе, и перед замершими друзьями предстал Вахид Тожиевич Самандар собственной персоной, одетый в темный костюм с галстуком, будто собирался на работу в офис.
– Кажется, операция отменяется, – хмыкнул Василий, исчезая в кустах. – Проверю, кто там с ним.
– Я один, – сказал Самандар.
– Как вы нас нашли? – Матвей усилием воли вошел в режим меоза и стал видеть собеседника, лес, дорогу, машины – свою и Самандара в километре от места, где они теперь были, хотя и в другом цветовом диапазоне.
– Это было нетрудно.
– Не лгите! Простому человеку, будь он даже директором Международного исследовательского центра боевых искусств, сделать это не под силу. Даже человеку Внутреннего Круга найти другого ночью в определенном месте, в лесу, достаточно сложно.
ВЫЗОВ КОНКЕРЕ
С момента домашней встречи с капитаном Хватовым директор Федеральной службы безопасности вызывал его к себе дважды, однако никаких странностей в поведении не заметил. Капитан явно ничего не помнил и не понимал, за какую провинность его перевели в другое подразделение.
– Передай там… наверх… или куда там надо… я согласен. Пусть выходят на связь.
– Куда? – растерялся Хватов. – Кому? На какую связь?
– Свободен! – отрезал Сергей Вениаминович. – Я пошутил. О нашем разговоре никому ни слова.