Однако я не знал, что Носовой – один из Девяти.
– Не хотите же вы обвинить меня во лжи. К тому же эта информация смертельно опасна. Обладающий ею в конечном счете… исчезает. Поэтому о деятельности Союза Девяти не знают даже люди Внутреннего Круга… кроме разве что Собирателей и Хранителей.
– Чего вы хотите от меня?
– Помогите мне войти в Союз. Думаю, что смогу быть вам полезным ответно. Но хорошо бы еще подключить к этому и Соболева.
– Исключено. Матвей не пойдет на ликвидацию Носового… и вообще кого бы то ни было.
– Моих уверений недостаточно?
– Нет.
– А если я представлю полный пакет информации?
– Посмотрим.
– Что ж, и на этом спасибо. Высадите меня, пожалуйста, у Белорусского вокзала.
Василий послушно свернул с Ленин градского проспекта направо к вокзалу.
– Хочу вас предостеречь по-дружески, – уже вылезая, сказал Вахид Тожиевич. – Команда КОП – не президентская команда, как вы считаете. В этом вы убедитесь в скором времени.
– А чья же? – озадаченно спросил Василий.
– Это смертники, предназначенные для игр, проводимых небезызвестным вам Рыковым, теперь – советником президента по безопасности.
– Не может быть!
– Вы этого не знали?
– Коржаков не обмолвился ни одним словом… Но зачем Рыкову еще одна команда профи боя и перехвата? У него же, как и у всех деятелей Союза Девяти, наверняка есть дружина телохранителей-зомби.
– Я же сказал: КОП – жертва, объект подставки. Рано или поздно ее накроют, и тогда полетят головы, в первую очередь – Коржакова, во вторую – президента.
– В первую – ребят из команды…
– Это далеко не главное, особенно для Рыкова.
– Зачем это ему? Власть? Но ведь Неизвестные предпочитают работать в тени.
– До свидания. Позвоните мне в МИЦБИ, если надумаете, я буду ждать. И поберегите себя, не увлекайтесь рыцарскими поединками с разного рода бандитской шушерой.
Вася мог бы сказать, что вся эта шушера профессионалу не опасна, что она просто самоутверждается и драться не любит, обожает поговорить, получая наслаждение от своих собственных угроз и криков.
Самандар вышел из машины и растворился у входа в метро. Василий только сейчас сообразил, что не успел спросить Вахида Тожиевича – кто сделал ему предложение войти в состав Девяти. С другой стороны, Самандар мог сообщить о Рыкове еще в Рязани, тогда не пришлось бы решать проблему сейчас.