Опытные в подобных делах бойцы должны были оценить это, но именно на такую оценку он и рассчитывал, зная, как расслабляет людей уверенность в своем превосходстве. И он не ошибся: Скворцов и Бразаускас опустили автоматы, Лямин перехватил свой «никон» левой рухей.
– Итак, полковник? В чем дело?
Каледин сдвинул брови, озадаченный поведением подчиненного.
– Ты знал, на что шел, когда звонил мне. Или будешь подчиняться без всяких условий, или…
– Договаривай, здесь все свои. – Вася сделал широкий жест рукой, наблюдая, как на него прореагируют конвоиры.
– Или мы больше не встретимся, – совсем уж сухо закончил Каледин.
– Ах, даже так? – Вася покачался на стуле вперед-назад. – Говорил мне дед: не увлекайся беспорядочными сексуальными связями, заразу подхватишь, а я не послушался. Помнишь, полковник, что я сказал при первом знакомстве?
– Давай двигай! – замахнулся прикладом автомата Лямин.
И Василий ответил ему одним из приемов «импоссибл», разработанных специально для кажущихся безнадежными и невыгодными положений; применять космек он не мог – ребята были ни в чем не виноваты, а ТУК – не хотел.
Конечно, общеизвестно, что самый быстрый удар ногой в прыжке значительно медленнее выстрела из пистолета и даже профессионального удара ножом, например, мечом или кулаком. Но когда помещение очень тесное, развернуться негде и удар не виден из-за тела соратника, такой удар проходит.
Уколов Лямина в сонную артерию, Вася тут же врезал ногой Бразаускасу в подбородок, а Скворцову рукой в живот, пробивая мускульный каркас.
Полковник ошарашенно проследил, как падают гаранты его безопасности (Лямин – тихо, как мягкая игрушка, Бразаускас – с грохотом, ломая стул, Скворцов – согнувшись), поднял глаза на Василия:
– Не дури, Котов. Ты же понимаешь, уйти отсюда тебе все равно не удастся.
– Ошибаешься. – Василий ловко крутанул в руке «никон», удобный, увесистый, грозный и красивый автомат, один из лучших в мире, если не лучший.
"– Я к вашим услугам, – раздался из-за двери тихий, ничего не выражающий голос, и в комнату вошел Рыков Герман Довлатович собственной персоной. За ним бесшумно просочился один из «копов» – Темир Жанболатов, и по тому, как он держал внимание на Рыкове, Василий понял, что Темир – телохранитель Рыкова, а может быть, и помощник.