Тогда я гнался за авторитетом и хотел иметь у себя лишь красивые оболочки. Срал я на внутренности. И что получил? Плевок в лицо.
Как же вовремя я одумался. Судьба буквально подкинула мне второй шанс под ноги, который я, не раздумывая, поднял, принёс домой и уложил в свою кровать. Прекрасное создание, что греет нашу простынь — стало для меня смыслом жизни.
Если бы мне сказали год назад, что я стану просто помешан на восемнадцатилетней девочке, то я бы этому шутнику башку прострелил за неудачный анекдот. Теперь же, я ради неё готов лишиться всего.
— Руслан?
Услышав её слова, я словно принял дозу долгожданных наркотиков.
— Да.
Щекой я протерся о женскую, нежную скулу, словно какой-то, сука, кот. Я готов и мурлыкать, и ластиться. Лишь бы Сонечка всегда оставалась рядом.
— Ты сегодня не едешь на работу?
— У нас с тобой сегодня другие планы.
Я скользнул рукой под одеяло, и накрыл её немного уже выпуклый животик.
— Нужно съездить в больницу.
— Ты всё ещё думаешь, что я беременна? — нежно улыбнулась Соня, и, блять, я реально поплыл. — Просто я немного потолстела. Алина Михайловна меня откормила.
Я вскинул бровь, усмехаясь её наивностью. После нашего бракосочетания не прошло и ночи, чтобы я не ублажал её. После того, как она взяла мою фамилию, я слетел с катушек, хотя и так был в не себе после нашей с ней встречи.
Я помешан.
Болен.
Одержим.
Сука, мне нужно к психологу. Вот только не один врач не сможет меня вылечить. Ведь моя болезнь — это ОНА. А к ней я никого не подпущу. Не дам лишить себя её. Она лишь моя, а я её. Так будет всегда.
— Сходим в больницу, и ты убедишься.
Я глажу её по животику, и моя рука неосознанно спускается ниже. Соня поднимает на меня удивленные глаза, в которых я вижу вопросы, но дать на них ответы никак не могу.
Я хочу её.
Хочу всегда.
Хочу слышать её стоны.
Ощущать тепло её тела.
Мои пальцы проникают между её складками, приходясь вперёд-назад. Я хочу, сука, реально мурчать, когда начинаю ощущать соки своей девочки через несколько секунд. Её тело уже привыкло ко мне.