- Лиль, говори уже, - дерьмовее стать уже не может.
- А ещё она уверена, что у ты бы никогда с ней не связался...говорила про какую-то длинноногую брюнетку и необходимость таскать стремянку. Честно, я толком не поняла из обрывочных фраз. Она была у меня недолго и ничего почти не рассказала, но тебе придётся из кожи вылезти, если ты действительно хочешь вернуть, - Ишимская всерьёз переживает. Весь гонор и дерзость улетучились.
- Спасибо, я уже понял.
Поднимаюсь к себе, а у самого внутри неведомый ранее сумасшедший аттракцион гнева и растерянности.
Каждое утро мы просыпались вместе, занимались умопомрачительным сексом, смеялись, иногда дрались подушками. Почти каждый вечер смотрели кино, мучили приставку или катались по городу. Если она не хотела ехать со мной на тусовку или к пацанам, то я ехал один, но при этом мы постоянно переписывались. Черт! Черт! Дерьмо! Всё за несколько часов стало для неё пустым звуком? Она считает меня стопроцентным козлом? Неужели она так легко поверила, что всё было ради спора?
Да уж.
Интересно, Коляну сильно его белобрысая Липучка дорога? Кроме неё, некому больше было такую херню придумать. Из посторонних были только она и мироновские барби, но они отпадают.
Сука! Брюнетку ещё какую-то приляпала сюда.
Поехать сейчас что ли с сучкой поговорить? Стукнуть бы ее по головёшке, уши трубочкой скрутить и отправить в багажном отделении на другой конец страны!
Нет уж, легко она не отделается.
Может и хорошо, что Катарина мне сегодня уже явно не попадётся. В таком дёрганом состоянии встреча с ней неотъемлемо рискует превратиться в ещё большую катастрофу. Столько херни в голове вертится.
Телефон с треском врезается в плазму, а я иду под ледяной душ. Пусть меня от холода трясёт, чем от злости.
42 Разговор по душам
Роман
Напиться бы, да не буду. Поеду к Костяну. Маленький Лисёныш поднимет настроение, а друг поможет доработать созревший план. Не хочу тащить Катю на плече домой, заставлять выслушать меня, а потом день за днём гадать есть ли у неё сомнения на мой счёт. Хочу, чтобы полностью верила мне. В меня. В нас.
Надо ещё Валяева подтянуть.