Первый...

Забралась в душу, хотя иногда мне кажется, что ты у меня в печенках сидишь, чертов Очкарик.

— Это ты у меня там находишься, — зашипела, сама не понимая, говорила я про «печенки» или душу. — Проваливай к своим девкам. Их зажимай.

— Да я бы с удовольствием, но какого-то черта тут торчу.

Я стиснула зубы и опять занесла руку, собираясь влепить Кириану очередную пощечину, но он ловко перехватил мою ладонь. Сжал ее в своей и куда-то потянул за собой.

— Отпусти немедленно.

— Нет.

Я попыталась вырваться, но безрезультатно, а Агеластос так и вел меня за собой.

Он шел очень быстро, а мне, будучи значительно ниже, приходилось чуть ли не бежать за парнем.

Музыка продолжала грохотать и в какой-то степени тут осталась прежняя атмосфера, но она казалась мне совершенно другой. Наверное, потому что я сама уже была переполнена острыми и горячими эмоциями. Рядом с Кирианом невозможно иначе.

Я даже не понимала, куда он меня тащил. Не замечала того, как перед ним расступались студенты и не обращала внимания на то, что они провожали нас взглядами.

Я видела лишь широкую спину Кириана, идущего впереди меня, и так отчетливо чувствовала то, как билось мое сердце. Настолько же безумно, как и сердце Агеластоса. Они будто бы звучали в унисон. Сплетенные злостью, ненавистью и тем, что мы вдвоем отрицали, но именно это заставляло нас быть тут. Нет, не в этом ресторане, а именно рядом друг с другом. Какая-то нить. Ее можно было бы назвать притяжением, но, нет, ничерта. Это что-то сильнее. То, чему невозможно сопротивляться. Хоть мы и пытались.

Еще несколько минут и мы оказались в коридоре, а затем на лестнице. Прежде чем я успела хоть что-то понять, Кириан завел меня в какую-то комнату. Тут был широкий стол и пара диванчиков. В самом помещении находилось несколько парней, но Кириан, бросив на них мрачный взгляд, жестко сказал: «Пошли нахрен отсюда». Я думала, что эти студенты хоть что-то скажут. Разозлятся на такую грубость, ведь они тоже были старшекурсниками и я не была в состоянии понять, как они могли проигнорировать такое обращение, но парни молча встали с диванчика и очень быстро ушли, а Агеластос тут же захлопнул дверь и провернул замок.

— Я же просила тебя исчезнуть, — у меня наконец-то вырвала руку из хватки Кириана, но отстраниться не успела. Он подхватил меня за талию и усадил на стол.

— Я тоже когда-то говорил тебе это сделать, — он оскалился и впился в губы. Обвил руками и прижал к себе так, что все тело заныло. Я не хотела этого, но задрожала.