Шагает навстречу, сжимая пальцами дебильную коробку."
"— Скажи мне: ты дура или притворяешься? — спрашиваю, не планируя вынимать руки из карманов.
— Я просто… влюбилась, Андрей.
Женя вскидывает взгляд, я — перехватываю. Жду, что скажет дальше. Значит, не притворяется — дура. Умная не стала бы лезть, когда тебя раз за разом отталкивают.
— И? Чего ты ждёшь от меня?
Девица прижимает коробку к груди. Даже не сомневаюсь, что долго выбирала, но принимать подарок я не намерен. Это у них семейная традиция такая – всех пытаться купить?
— Ничего не жду, — мотает головой.
Телефонный звонок нарушает напряженную тишину. Я достаю мобильный, смотрю на экран. Имя Алины вспарывает злость и разгоняет по организму. Когда я женился, то тоже был сильно влюблён. Думал, что взаимно, раз – и на всю жизнь.
Скидываю вызов, выключаю телефон. Снова смотрю на Женю.
— Я тебя во все дырки выебу и выброшу, — описываю дальнейшие перспективы. — Ты это понимаешь?
Девица облизывает губы, выдерживает взгляд. Недолго думая, бросает сумку на кожаный диван и шагает ближе:
— Выеби и выброси.
Щёки при этом ярко вспыхивают.
Я иду навстречу, смеряю взглядом. С силой давлю на плечо, вынуждая Женю опуститься на колени.
Жду чего угодно — протеста или сопротивления, но в глазах безмолвная покорность, несмотря на учащённое дыхание и расширенные от ужаса зрачки.
— Бретельки сними, — обращаюсь к Жене.
Та снова слушается, оголяет верх. Как я и думал — она без бюстгальтера. Грудь маленькая, аккуратная.
Хочется подольше упиваться её слабостью и податливостью, но член болезненно упирается в ткань брюк, а в кровь поступает мощный приход адреналина. То, что нужно.
Я нетерпеливо щёлкаю пряжкой ремня и тяну вниз бегунок молнии.
Глава 20
Евгения
Пульс громко бьётся в ушах, заглушая посторонние звуки: музыку, скрип молнии и щелчок пряжки ремня. Сердце, наоборот, непривычно затихает, словно настраиваясь перед стремительным прыжком в бездну.
— Ближе, Жень, — сухо командует Андрей.
Я с трудом перебираю коленями по холодному кафельному полу, чувствуя, как по коже прокатывается волна мурашек. Чтобы избавиться от них, потираю предплечья, а затем ловлю взгляд гонщика, неприкрыто исследующего мою грудь.
Низ живота моментально опаляет жаром. Не могу быть уверена на все сто процентов, но судя по тому, что в зрачках Андрея вспыхивают порочные искры, ему нравится увиденная картина.
— Достаточно? — терпеливо спрашиваю.