Твой отец к нам присоединится?
– Папа?..
– Мы все испанцы, Хайме. И никому не должны позволять вбить между нами клин.
Мальчик разрывался: неужели друзья правы и его отец трус? – но верил отцу.
И вот теперь случился Армагеддон. Мир вокруг рушился. Улицы Герники были заполнены кричавшими людьми, пытавшимися убежать от падавших с неба бомб. Здания, памятники и тротуары взрывались, разлетаясь в стороны осколками бетона и брызгами крови.
Хайме, его родители и сестры добежали до большой церкви – единственного уцелевшего на площади здания.
– Впустите нас! Во имя Иисуса, откройте!
– Что происходит? – выкрикнул отец Хайме.
– Священники заперли церковь и не пускают нас.
– Давайте взломаем дверь!
– Нет!
Хайме с удивлением посмотрел на отца.
– Мы не станем вламываться в храм Божий, – произнес тот. – Он защитит нас, где бы мы ни были.
Слишком поздно люди заметили отряд фалангистов. Появившись из-за угла, они открыли огонь из пулеметов по безоружным мужчинам, женщинам и детям.
Зловещая тишина окутала землю после атаки. Грохот выстрелов, топот ног, крики – все стихло точно по мановению волшебной палочки. Хайме открыл глаза и лежал некоторое время, чувствуя на себе тяжесть тела отца, заботливо укрывшего его от смерти. Мать, отец и сестры погибли, как и сотни других людей. Их тела лежали перед закрытыми дверями церкви.
Ночью Хайме выбрался из города, а спустя два дня уже был в Бильбао, где присоединился к ЭТА.
Принимавший новобранцев офицер посмотрел на него и сказал:
– Ты слишком молод, чтобы стать членом нашей организации, сынок. Твое место в школе.
– Вы будете моей школой, – тихо ответил Хайме. – Вы научите меня сражаться, чтобы я мог отомстить за убийство моей семьи.
С того дня он не оглядывался назад: сражался за себя и свою семью, и подвиги его стали легендарными. Хайме планировал и совершал дерзкие налеты на заводы и банки, казнил угнетателей, а если кто-то из его людей попадал в плен, осуществлял рискованные операции по их спасению.
Услышав о формировании Группы специальных операций для преследования басков по всей стране, он с улыбкой произнес:
– Хорошо. Значит, нас заметили.
Хайме никогда не задавался вопросом, ради чего шел на риск. Ему было достаточно того, что он снова и снова доказывал свою храбрость и не боялся рискнуть собственной жизнью ради того, во что верил.