И тут же чувствую, как в последний раз особенно сильно и глубоко он входит в меня, переполняя блаженством.
«Уотерстоун… Люблю его!» – спустя бесконечность осознаю я. Потом приходит понимание того, что я лежу абсолютно без сил на поверхности воды, поддерживаемая руками Алексея. А он улыбается – загадочно и самодовольно. И глаза светятся счастьем."
"– Ты – мой мужчина. – Я искренне признаю такую очевидную правду. В которой раньше не созналась бы никогда.
– Знаю, – шепчет он в ответ, приникая к губам. И увлекает ближе к бортику бассейна.
После отъезда сестры Алексея мы еще некоторое время приходили в себя. Выходные выдались незабываемыми, но постепенно рутина взяла свое.
На работе проверок больше не было. Ашас, который вел расследование, почти каждый день наведывался к нам, и скоро на него перестали обращать внимание, только Нара ворчала, что две работы – на контроль и на Центр – она долго не выдержит. Но я-то видела взгляды, которые она бросала на следователя, как и его взгляды на нее, и подозревала, что подруга сильно лукавит, проявляя недовольство.
В нашей верной четверке произошли перемены, и их не отменить. Впрочем, и не надо.
Мира, проводящая все больше времени со своим мужчиной, постепенно отдалялась от нашей компании. Ее жизнь полностью захватил роман. Она разделила со своим любимым интимные вкусы, и они полностью сосредоточились друг на друге и на понимании того, что возникло между ними. У обоих были свои причины ценить родную, все знающую и понимающую душу, находящуюся рядом.
Пару раз мы все трое наблюдали, как кавалер Миры забирает ее после нашей очередной дружеской встречи, смотрели и завидовали. Они были словно продолжением друг друга. Спокойные, понимающие друг друга с полуслова, они не разменивались на мелочи, не обращали внимания на стереотипы и просто жили и наслаждались.
У Ары ситуация была совсем другой. Она полностью растворилась в Кире и его жизни. Это принесло счастье ей – потому что она нуждалась в ком-то, кем можно жить, и ему – потому что его кто-то понял и он смог с кем-то разделить свой внутренний мир.
Мы же с Нарой молча и с легкой грустью смотрели на двух счастливых подруг и радовались за них. И у меня, и у нее в личной жизни были свои сложности.
Я плыла по течению и была не в силах что-то изменить.