Что дорожный бандитизм, это страшное зло, которое тут карается убиением без суда и следствия и воздавшему справедливую кару от ордена полагается одна тысяча экю и подштанники угандопанного бандита. Кроме подштанников можно забрать его харчи, оружие, боеприпасы, средства передвижения и любимую бандитом губную гармошку. За чужую собственность, отнятую у бандита, опять мне будет полагаться премия в размере четверти её стоимости – от счастливых обладателей возвернутого имущества. А чо! Справедливо. Всё на серьёзной коммерческой основе.
Тут меня гражданин начальник и отыскал через часик после прибытия и соизволил заняться мною более плотно. На двух квадроциклах цугом, покатили мы к месту стоянки моих контейнеров, прихватив с собой крановщика и двух стропалей. Крановой, сразу воткнув рубило, полез к любимому механизму. Стропаля проворно нацепили монтажные пояса и взгромоздились с помощью крана на мой дворец-контейнер сквозь зубы обзывая двухскатную крышу нехорошими словами за изящество форм и архитектурные излишества.
Пока они безобразия нарушали, мы с начальником познакомились, завязали тесные дружеские контакты на финансовой почве. Стоим, торгуемся за каждый квадратный дюйм поверхности аэродромной и я всё никак не соображу – на кого он смахивает? Ведь зверски на кого-то знакомого похож, а вот на кого? Прервав бесед, рванул начальничек ручками размахивая указывать место складирования следующего контейнера, а я вдруг детство вспомнил и триедучие эти телемосты с ""Аммегикой""! Йо.
Тут на горизонте нарисовался тепловозик маневровый. И Катерина приехала. Надоело ей в одиночестве сидеть. Она и приехала. Я капитану аэродромному её представил и заодно доподлинно разглядел на бейджике имя его. Джим Таккер – имя ему.