До полуночи у меня как раз десять с половиной часов, даже больше! И восемь часов после полуночи. А ведь можем и успеть! Ночной полёт по приборам для такого салаги, как я… Это круто! Но! До Виго четыре часа. Вылетим в 20:00 и через четыре часа там будем. В 24 часа ещё светло. Сяду, как нибудь. И в 06 утра уже рассвет. До Линкольна как раз шесть с половиной часов по расчёту. Значит, если оттуда в полночь свинтить, то как раз в Линкольн к рассвету и поспеем. А за шесть часов в Виго я и отоспаться успею до зелёных огуречных пупырушек.
– Эй, кэп! – крикнул я – Мистер О'Брайен! Я берусь за эту работу! Вылет в 20:00!
– Я вызываю сюда экипаж! Через полчаса все будут здесь.
– Пусть заодно хавчик на дорогу привезут. На всех.
Кэп взялся за телефон, а я, пожав плечами, сказал Кате:
– Ну, сходим к доктору в другом месте? В том же Форте Линкольн.
– Хорошо, любимый! Готовь машину к полёту, а я пока приму душ.
С обслугой в куинстонском аэропорту была напряжёнка, и заправлять ""Караван"" пришлось самому. Хорошо хоть, диспетчер автозаправщик к самолёту подогнал. Пока я прыгал по спине самолётной со шлангом, подъехали будущие пассажиры с бооольшииими спортивными сумками в руках. И пришлось их всех взвешивать. В двести килограммов багажа моряки уложиться, разумеется, не смогли, да и сами, в отличие от капитана своего, ребятки оказались мясом кормленые.
– Перегруз в центнер, сэры и мистера! Либо один из вас на борту лишний, либо ваши сумки остаются здесь! По крайней мере, три из них! Ваше решение, сэры!
Но за всех решил капитан.
– О,Хара, О'Нил, О'Фингей! Сумки вон из самолёта!
И никто не пикнул, что без заптрусов, харча и зубных щёток остался. Да и не нужны они особо, без харча-то… Ни трусы… ни щётки…..