– Кать! Чего кушать будем?
– А заедем куда-нибудь. На вечер купим чего-нибудь. Поехали?
– Поехали!
И поехали. Покушали в городе, идём к стоянке и сильно мне не нравиться один грузовичок. Какой-то он не такой. Как крадётся будто, за спинами у нас. Вот, не нравится он мне, и всё! Я и приглядываю за ним краем глаза. Метров с полста до него. И тут, когда мы через бордюр шагнули, он по газам втопил и нас норовит на бампер подцепить. Такая вот траектория у него вырисовывается. Ведь сметёт сейчас, фидор! Полсекунды на раздумье.
Мысли обрывками скачут. Стою столбом к столбу тому прислонившись, успокаиваюсь. Катю трясёт всю и да и меня не хуже. Катю по головке глажу, слова ласковые ей говорю тихим голосом.
Я тут явно не при делах. Значит, это на Катю кто-то охоту открыл? Зачем? Кому это она дорогу перешла? В банке уж больно она дерзкая была. Может оттуда и сквозит? Допрос бы ей вчинить, пока она не очухалась. Только вот неохота до тошноты. Ладно, разберёмся ещё, кто тут в тихой Греции бойкий такой. Я хоть и не Сашка Солоник, который ""Македонский"", но раз тут в Салониках оказался, как бы не пришлось опыт у него перенимать.
Вроде Катя отвечать мне начала, хоть и трясётся вся, и я вместе с ней. Поехали-ка домой, кирия моя разлюбезная. Осторожно улицу перешли, а чего сейчас-то опасаться? Грузовик тот наверняка за ближайшим углом брошен. Ищи ветра. А подряд два раза, давить не будут. Будут ещё чего изобретать.
Пришли на стоянку, водитель из Кати сейчас никакой. Сам за руль сел. Тронул, качу строго соблюдая правила, по секторам наблюдение веду. Нету хвоста. Даже намёка никакого нету. Не промелькивают одинаковые машины. Все попутки меня обгоняют.