Они должны расписаться в протоколе как потерпевшие."
"Торин специально сгущал краски, когда отчитывал Привалова за необдуманные действия. Он прекрасно понимал, что у ребят скорее всего не было другого выхода, как вступить в схватку с пиратами. Более того, когда он давал им добро на попытку проверить грузовики ночью на дороге, Торин предполагал, что все может закончиться перестрелкой. На самом деле, по его мнению, результаты произошедшего были не такими уж безнадежными. Полиция раскинула такие сети, что вывезти тонны груза из страны совсем не просто.
– Когда полиция закончит, – приказал Торин Привалову и Веденеевой, – садитесь с нами. Едем к стоянке нашего катера, там мы с Дмитрием Сергеевичем пересаживаемся и идем к ребятам на судно, а вы прочесываете дороги в том направлении, куда уехали грузовики.
Доронин растолкал Горбачева, когда почти совсем рассвело. Как более опытный, он взял на себя самые трудные часы вахты – с двух часов ночи.
– Тишина на палубе? – сладко потягиваясь, спросил Горбачев.
– Да как тебе сказать. Ночью я слышал интересные звуки.
– На берегу?
– В том-то и дело, что с моря.
– Моторы?
– Нет, не моторы. Такие характерные всплески и бульканье. Очень похоже на выдохи кита, когда он всплывает на поверхность, такое фырканье.
– А что, в этих широтах водятся киты?
– Очень я в этом сомневаюсь, друг мой Коля. Ты когда нибудь слышал, с какими звуками всплывает подводная лодка?
– Ни-и фига себе! – удивился Горбачев. – Интересно, чья тут лодка может плавать? А в темноте ты ее не разглядел?
– Вот это меня и смущает, что не разглядел. Единственное объяснение – лодка очень небольшая.
– Слушай, Дим, – Горбачев схватил напарника за рукав, – а может, это пираты?
– Если бы были факты нападения на суда подводных лодок, то шеф нас обязательно поставил бы в известность. Другое дело, что на ней можно наркоту вывезти.
– А сколько такая лодка может взять на борт груза?
– Хрен ее знает, – пожал плечами Доронин. – Может, десять тонн, может – сто. Давай не расслабляться.