И во-вторых, она не привыкла обижать людей и теперь мучилась, понимая, что обидела их гостя. Обидела все-таки несправедливо. За вечер он не сделал ей ничего плохого, даже наоборот – рассказывал смешные истории из своего детства, пока они танцевали, и Тайре было весело и хорошо. А она его так… Даже Заку Иниго настолько не доставалось, если не считать сломанной руки, но он просто неудачно упал, а Риан получил ни за что. Точнее, за помощь и заботу, которые она не хотела принимать.
Было противно и тошно из-за собственного поведения, и Тайра, промучившись около часа, все-таки встала и направилась в гостиную.
В комнате стояла такая тишина, что она отчетливо слышала тиканье настенных часов и различала ровное, спокойное дыхание спящего Риана. Может, не тревожить его? Поговорить завтра, а сейчас…
Дыхание вдруг прервалось, а спустя секунду раздалось тихое:
– Тай? Ты?.. – Риан, запнувшись, сел на постели. – Что-то случилось? Что-нибудь болит? Позвать Моргана? – Голос его стал громче, в нем отчетливо звенели тревога и страх.
– Нет. – Тайра подошла ближе и застыла в шаге от дивана. – Я хотела извиниться перед тобой. Прости, я была не права. Мне не стоило так реагировать, кричать на тебя, бить молниями. Я… сожалею.
Несколько мгновений он молчал.
– Ясно, – сказал наконец грустно и как-то бесцветно, словно Тайра его чем-то расстроила. – Ничего страшного, я не обиделся. Да и Морган уже все вылечил, следов почти не осталось. Болит немного, но к утру пройдет, не волнуйся.
И вроде бы – он все правильно сказал, спокойно и совсем необвиняюще.
– Что-то не так? – спросила она, поколебавшись. – Я чувствую… что-то в тебе и твоем голосе. Ты… расстроен?
Вздох.
– Я просто не знаю, что делать, – ответил Риан, и на этот раз Тайра поняла, что ее смущало, уловив в голосе горечь и растерянность. – Ты отталкиваешь меня, не принимаешь даже помощь. Я клянусь тебе, Тай, что она была без злого умысла! Я просто испугался, что ты упадешь, и все.
– Я заметила, – произнесла Тайра примирительно, но Риан продолжал говорить:
– После нашего похода к озеру я принял решение, что больше никогда не буду тебя обманывать. Никогда, Тай, даю слово, клянусь своим родом! Хотя мне и кажется, что тебе это безразлично. Тебе не важно, рядом я или нет, говорю правду или лгу, и мне это больнее всего. Больнее, чем эти разряды.