– А что тогда случилось? – спросила Тайра с любопытством, поднимая голову и обжигая Гектора взглядом слепых глаз. – В той заметке были одни намеки, ничего конкретного.
– И хорошо, что ничего конкретного. По правде говоря, я не люблю об этом рассказывать. Может, как-нибудь в другой раз?
– Ладно, – вздохнула Тайра и вновь опустила глаза. Расстроилась.
– Не обижайся, – произнес Гектор, в который раз за последние два дня ощущая себя идиотом. – Я же сейчас испорчу тебе настроение своим рассказом, а ты купаться идешь.
– Я понимаю. Тогда… в другой раз?
– Да, Тай. – Он улыбнулся и погладил пальцы, лежавшие на сгибе его локтя. – Скоро твое озеро?
– Я… – Девушка вдруг остановилась и с таким изумлением заморгала, что Дайд даже испугался. – Защитница…
– Что такое?
– Я совсем не следила за дорогой! – воскликнула Тайра и рассмеялась. – Со мной такого тысячу лет не случалось. Я не знаю, где мы. Совсем не знаю!
Гектор фыркнул.
– Ясно. А Джек?..
– Да, точно. – Свободной ладонью она хлопнула себя по лбу, будто только что вспомнила о присутствующей рядом собаке. – Джек! Озеро! Ищи озеро!
Пес радостно тявкнул, завилял хвостом и, гордо вскинув лохматую морду, потрусил дальше по тропинке.
Они вышли к воде через несколько минут, и Гектор сразу зябко повел плечами – от озера шел такой холод, что идея Тайры нырнуть туда казалась полнейшим безумием. Дайд не был любителем ледяной воды, хотя в дознавательской практике где только ему не приходилось плавать, рыться или как-то иначе проводить рабочий день.
– Ты уверена, что хочешь?.. – протянул Гектор, с сомнением глядя на зеркальную поверхность озера, отражавшую светлеющее небо. От воды даже пар не шел, значит, она холоднее воздуха. – Не заболеешь?
– Нет. – Тайра покачала головой. – Я и зимой в проруби купаюсь, мне нравится. Но это недолго, конечно, дольше пяти минут я не выдержу. А ты?..
– Я не полезу, – признался Дайд и улыбнулся, когда Тайра рассмеялась.
– Да. Не подглядывай, – сказала она строго, и Гектор согласился, отпуская ее руку и отворачиваясь.
Он слушал шорох снимаемого платья и ощущал легкое волнение – почти как перед первым свиданием в подростковом возрасте. Это было глупо, но дознаватель ничего не мог с собой поделать.