Сразу после возвращения в поселок Гектор связался по браслету с Урсулой – сестра как раз собиралась ложиться спать, в Риаме было на четыре часа больше, – чтобы узнать, как у них дела. И наткнулся на длинную укоризненную лекцию на тему: «Почему за выходные ты ни разу не говорил со своей невестой».
– Я был занят, Сули, – оправдывался Гектор, и это была бы чистая правда, если бы не одно «но» – Тайра.
– У тебя отпуск, – возмущалась сестра. – Я знаю, что фиктивный, но все же – имей совесть! Кэти беспокоится. И вообще думает, что она тебе не нужна, а предложение ты ей сделал из жалости и желания завести семью.
По большому счету, так оно и было, вот только Гектор не хотел, чтобы Кэт думала и рассуждала подобным образом.
– Я сейчас с ней свяжусь, не волнуйся.
– Сейчас не надо, она спит. Не привыкла еще к разнице во времени с Граагой. Завтра поговоришь, у вас ведь обоих рабочий день.
– У меня отпуск, – протянул Дайд иронично, и Урсула фыркнула.
– Ага, конечно!
Глава двенадцатая
Во сне вновь был туман. Темно-серый, вязкий, словно не туман, а глина, и холодный, как лесное озеро, в которое Тайра ныряла накануне.
Что же это? Она протянула руку – ладонь утонула в тумане, скрылась из виду, словно ее проглотили. И оттуда, из тумана, вдруг раздался голос:
– Ау-у-у! – кричал кто-то очень далеко. – Ау-у-у!
– Ау-у-у! – ответила Тайра, делая шаг вперед, и громко сказала, сама не понимая, отчего говорит именно так: – Я иду к тебе!
Туман неожиданно исчез, осев на землю росой, и Тайра оказалась на лесной поляне возле реки.
Тайра села возле реки и посмотрела на небо. Стоял поздний вечер, почти ночь, и звезды были яркими, сияющими и холодными, как маленькие льдинки. А на том берегу – чернота, будто и нет ничего, только свист ветра и шелест травы под ногами лесных обитателей.
Отец тогда не разрешил ей искупаться в этой реке. «Она слишком быстрая, – объяснил он. – Тебя унесет». Тайра помнила, как стояла, хмурясь, и смотрела на воду, что недовольно бурлила рядом – словно спешила куда-то.
«Но ты же маг, папа. Ты меня спасешь».
«Стихия сильнее, ласточка».
«А шаманство? Можно ведь договориться с водой!»"
"«Не всегда. Если это противоречит ее природе – нельзя».
Тайра улыбнулась, вспомнив, какой наивной и глупой была тогда, не понимая, что у всего есть предел. Нельзя уговорить ветер перестать дуть, а реку – повернуть вспять или вовсе остановиться. Всегда есть то, что сильнее.