Пёс императора

– Гроза, – уточнил Морган, раскуривая трубку.

– Да, гроза, – согласилась Тайра. – И она будет долго, скорее всего, до утра.

– Вот и хорошо, – произнес отец негромко. – Ты хотя бы отдохнешь от своих ночных передвижений.

Тайра замерла.

– Пап?..

– Думаешь, я не в курсе? – Морган фыркнул, выдыхая дым. – Защитник, Тай, я всю жизнь так боюсь за тебя, что не могу не услышать, как ты выходишь из дома посреди ночи. До сих пор удивляюсь, почему я за тобой вслед не помчался… Наверное, здравый смысл все же пересилил желание кое-кого прибить.

– Папа… – Тайра смущенно улыбнулась и виновато опустила голову. Отец не сердился, по крайней мере, на нее, но ей все равно было не по себе.

– Папа, папа, – пробурчал Морган недовольно. – Папа не будет спрашивать, чем вы там посреди ночи занимаетесь, иначе мое старое сердце может не выдержать.

– Ты совсем не старый! – засмеялась Тайра, протянула руку и коснулась ладонью пальцев отца. Он сжал ее ладонь в ответ, погладил запястье и тихо произнес:

– Я не буду ругать тебя, Тай, ты уже большая девочка.

Но кое о чем рассказать я хочу. Я ведь никогда не рассказывал тебе, как ухаживал за твоей мамой, верно?

– Нет, – выдохнула она с удивлением, не понимая, как это может быть связано.

– Да, не рассказывал, – продолжал Морган, – по правде говоря, мне было слишком больно вспоминать все это. Даже сейчас… но сейчас нужно. Я хочу, чтобы ты знала. Таис была медсестрой в госпитале, где я работал врачом. И я влюбился в нее сразу, как увидел. Отчаянно захотел, чтобы она стала моей.

А у нее был жених.

– Жених? – переспросила Тайра, понимая, что этого она действительно никогда не слышала. – И ты?..

– Дело не во мне. И не в женихе. Дело в твоей маме. Она любила этого человека. – Голос Моргана наполнился горькой иронией. – И все ухаживания с моей стороны воспринимала так, будто я ей откровенно противен. Ничего не напоминает, Тай?

Тайра молчала, не зная, что сказать. Она верила, что отец говорит правду, но тем невероятнее звучала эта правда.

– Жених Таис, кстати, был хорошим парнем, поэтому покорить ее мне иногда казалось особенно безнадежным занятием.

Но я не сдавался. Порой она даже называла меня дубиной за упрямство. Но потом… в общем, так получилось, что на работе меня здорово ударило током от одного неисправного аппарата, и я временно оказался в реанимации. Через пару дней перевели в терапию, и Таис пришла ко мне сразу. Я очень удивился, сказал: «Я думал, ты меня терпеть не можешь», – а она взяла и разрыдалась.