Ничего особенного – дело закрыто, преступники найдены и главный дознаватель теперь расслабляется. С учетом того, что я делал это впервые – ну, на публике по крайней мере, – эффект получился как от взрыва.
– Не забудь только это родителям объяснить. А то они как увидят эти статьи, так и прослезятся от счастья, что ты наконец…
– Не прослезятся. Они слишком хорошо меня знают. Я зайду сегодня вечером или завтра утром, Сули. Ты до этого времени держи оборону, пожалуйста.
– Вот так всегда. – Взгляд Урсулы стал мрачно-недовольным.
– Не всегда. – Гектор фыркнул. – Забыла, как ты бегала на свидания, а я говорил, что ты вместе со мной в комнате уроки делаешь?
– Я тоже так говорила, когда ты бегал на свидания!
– Вот-вот. Значит, мы квиты.
– Ладно, с этим разобрались. – Сестра нахмурилась, и Дайд понял – сейчас последует главная претензия. – А теперь я хочу знать, кого ты целовал.
– Зачем? – произнес он вкрадчиво и поморщился, когда Урсула заявила:
– Чтобы знать, какое место тебе надирать – уши или задницу.
– Вариант не надирать ты не рассматриваешь?
– Нет.
– Я понял, – хмыкнул Гектор и показал на уши. – Тогда вот твоя жертва, потому что ты права и на этот раз. Я водил в театр Кэти.
– Та-а-ак…
Судя по лицу, Урсула действительно была готова надрать ему и уши, и задницу, и вообще все места, до которых он дал бы дотянуться.
Она прекрасно знала Кэт и с самого начала, как только он взял к себе в секретари семнадцатилетнюю девочку, относилась к ней с огромным умилением.
В целом Урсула была права. Если бы не одно «но». Гектор никак не мог перестать относиться к Кэт как к ребенку, младшей сестренке, маленькой девочке, которую нужно защищать и воспитывать. И стоило Дайду представить ее своей женой, с которой придется спать и заводить детей, у него начинали шевелиться волосы.
Урсула Дайд
– Знаешь что, братец, – процедила Урсула, воинственно скрестив руки на груди, – ты либо делай ей предложение, либо не морочь малышке голову. Она ведь влюбится в тебя, как пить дать влюбится.
– Кэти влюблена в Роджера. Я ее не интересую.
– Дурак ты. – Сестра закатила глаза.