Пиратские войны

Побултыхавшись некоторое время и выиграв соревнование со стремительным потоком морской воды, быстро затекающей в подземную полость, ротмистр выбрался наружу, тяжело дыша, отфыркиваясь и отплевываясь, будто старый тюлень.

Он перевел дух, минут пять отдохнул на берегу под обрывом, потом подал условный сигнал и тотчас получил подтверждение.

Воды медленно прибывали, закрывая каменный выступ, на котором сидел старик, тогда ротмистр перебрался повыше, продолжая наблюдать за проходом. Пираты из пещеры не вышли, должно быть, они перебрались во вторую камеру.

«Вот и славно, — подумал Ипполит, потирая радостно ладони. — Половина дела сделана».

Ротмистр долго карабкался по крутому склону к кустам, а оттуда спустился на тропу, которая вела в лес. Неугомонный Степанов, вооружившись двумя кортиками, подполз к лодкам со стороны джунглей и одного за другим прикончил безмятежно спящих флибустьеров. Сумерки уже наступили, поэтому с корабля вряд ли могли заметить эту вылазку ротмистра.

Получив условный сигнал, Серж сразу обвязался веревкой и взялся за дело.

Полковник, поборов брезгливость, нырнул в мутный котлован и первым делом привязал канат к надежной на вид коряге, которая торчала из пробки, сделанной когда-то Ипполитом, а затем начал подкапывать края этого своеобразного «пластыря». Юнга, стоя на берегу, энергичными рывками тянул затычку вбок, а Серж раз за разом уходил под воду, где разбивал спрессованную годами глину и перерубал спутанные ветви, освобождая путь воде. Наконец пробка поддалась, раскололась, одна ее часть сдвинулась в сторону, а другая провалилась вниз. Следом, увлекаемый шумным потоком, чуть не полетел в дыру Строганов. Хорошо, что веревка была прочной, а узлы завязаны надежно.

Но испытания полковника на этом не кончились. Ему никак не удавалось вырваться из образовавшегося водопада. Не хватало еще захлебнуться, болтаясь на привязи, в потоках хлещущей мутной воды. Спасла Строганова находчивость Гийома. Сообразительный юноша сразу понял, что самостоятельно русского офицера на поверхность живым ему не вытащить.

Француз нашел гениальное решение этой, казалось бы, безнадежной задачи. Рядом с деревом, которое было обвязано страховочной веревкой, мирно пасся привязанный к кусту старый козел. Юнга лихорадочно соорудил из лианы петлю, один конец этой «веревки» он привязал узлом к страховочному фалу, а другой, с петлей, накинул на рога животного и поддал козлу в промежность. Тот злобно мекнул, подпрыгнул от неожиданности и резко рванул в сторону.