Моему бойфренду был абсолютно безразличен наш выпускной бал, проходивший внизу. Хотя другой реакции я и не ждала.
Я была уверена, что вытерпеть подобные мероприятия ему помогали лишь фантазии о том, что он сделает со мной, когда мы окажемся наедине. У Джареда Трента был довольно ограниченный круг близких людей, и он едва удостаивал вниманием тех, кто не входил в их число. Он мирился только с обществом своего брата Джекса и нашего лучшего друга Мэдока Карутерса, если не имел возможности проводить время со мной.
Джаред ненавидел школьные дискотеки и танцы, а монотонную болтовню просто презирал. Своей манерой поведения он стремился оттолкнуть людей, но эффект получался совершенно противоположный: все хотели познакомиться с ним поближе. К его превеликой радости, разумеется.
Но Джаред терпел. Ради меня. И делал это с улыбкой на лице. Он любил делать мне приятное.
Я держалась за него обеими руками и бежала следом, стараясь не отставать. Джаред распахнул дверь незапертого кабинета и открыл ее шире, пропустив меня вперед.
Оказавшись в безлюдной комнате, я развернулась. Джаред тоже вошел и закрыл за собой дверь.
– Кабинет Пенли? – уточнила я. Мы не переступали порога этого класса с прошлого семестра.
Его шоколадные глаза озорно блеснули, прежде чем он ответил:
– Ага.
Я прошла по проходу между двумя рядами парт, ощущая на себе взгляд Джареда.
– Здесь мы ненавидели друг друга, – напомнила ему я игривым тоном.
– Да.
– И полюбили друг друга, – проведя пальцами по деревянной столешнице, продолжала дразнить я.
– Да. – От его тихого шепота мою кожу, словно одеялом, окутало теплом.
Я улыбнулась нахлынувшим воспоминаниям.
– Здесь я была твоим «севером».
Элизабет Пенли – нашей учительницей литературы. Она вела несколько предметов у нас обоих, но только один мы посещали вместе прошлой осенью: художественные произведения в кинематографии.
"Тогда мы с Джаредом еще были врагами.
Однажды по заданию Пенли нам пришлось искать партнеров соответственно каждой из сторон света. Джаред в итоге оказался моим «севером».
Неохотно.
Каблуки моих серебряных босоножек на ремешках, сочетавшихся с серебряной отделкой платья с очень глубоким вырезом на спине, звонко отстукивали по полу. Я повернулась лицом к Джареду, который до сих пор стоял у двери.