Откуда?
Докторша немедленно предприняла атаку с другого фланга:
– Так что вы будете делать с Шугаем? Побоитесь связываться?
– Его разыскивает мой помощник, – ответил Фандорин, довольный, что зевок получился убедительным. – И, полагаю, найдет. Вы недооцениваете господина Клочкова.
– Если вы посмеете тронуть Шугая, живым вас Саврасов из Темнолесска не выпустит. Весной приезжал инспектор с ревизией, такой же отчаянный. Уехал в гробу. А в прошлом году…
– Да-да, мне рассказывали, – перебил Эраст Петрович. – Но господин Саврасов нездоров.
Аннушкина усмехнулась:
– Понятно…
– Что вам п-понятно?
– На одного хищника сыскался другой, покрупней. Тоже, поди, руку ему стиснули, как мне? Или что-нибудь похуже сделали?
Умна, подумал Фандорин. Пожалуй, пора заканчивать это фехтование на рапирах.
И сделал батман с точным тушé:"
"– Вы навели мои подозрения на Шугая, потому что хотите от него избавиться. Не можете уехать отсюда с вашим женихом, пока охотник бродит поблизости.
Реакция была предсказуемой. Усмешка моментально исчезла, ее сменила гримаса лютой ненависти, которая более робкого человека заставила бы сжаться, да и Эраст Петрович подобрался – не накинулась бы со скальпелем.
– Не был он на острове! Февронья мужчину ни за что туда не пустила бы! – прошипела Аннушкина. – Да, я его прячу! Жду, когда уберется Шугай. Потом увезу отсюда. Всё так. Но вас я к Боре и близко не подпущу.
– П-почему вы со мной так откровенны?
– Потому что вижу вас насквозь, до шелкового белья. Вы чистоплюй и никогда не унизитесь до доноса. Сдавать полиции революционеров для вас фи, не комильфо.
– Сдавать полиции, особенно темнолесской, вашего жениха я действительно не собираюсь.
– Я не скажу вам, где он. Не тратьте время!
– Сударыня, я и так знаю, где прячется Ольшевский. Это же очевидно, – сказал Эраст Петрович. – В единственном месте, куда не сунется зытяк Шугай. Полагаю, что вон в том живописном сооружении ледник занимает не всё пространство? – показал он на домик с деревянными идолами. – Не хотите отвести меня к жениху – не нужно. Управлюсь сам.