Только теперь Сен-Константена, пожалуй, будет мало. Не хватит и всего германского рейха с его Адмирал-штабом и кайзером.
Фандорин больше не плакал. Он представлял себе, каким может быть катакиути против целой империи, и величие задачи наполняло душу желанным спокойствием.
Через минуту-другую взошло солнце, потянуло к Эрасту Петровичу по воде золотую дорожку."
"Солнце двигалось со стороны острова Тенерифе. Его теплые лучи согрели Фандорина надеждой.
Может быть, «Лимон-2» не потоплен, а только поврежден и Маса сумел вернуться в Пуэрто-де-ла-Крус!
Эраст Петрович вскочил, по-собачьи встряхнулся и побежал в поселок.
* * *Пирс был пуст. «Лимон-2» на Тенерифе не вернулся. На двери ангара Фандорин обнаружил два приклеенных черных волоса: вчера перед отплытием японец принял обычные меры предосторожности на случай несанкционированного проникновения в жилище.
Эраст Петрович долго стоял внутри, смотрел на следы Масиного обитания. Переделанная из обычной кастрюли рисоварка, юката, деревянные шлепанцы, два веера, картинка с видом Фудзи для красоты, еще одна с полуголой баядеркой, на матрасе забытая женская шаль неприятно яркой расцветки.
Надежда умерла, но Эраст Петрович больше не плакал. Кажется, он начинал понимать, что значит «становиться выше».
Трагедия оторвала его от земли, подняла на такую высоту, с которой Германская империя казалась уродливым пятном на голубом теле планеты.
Существует множество глупых и вредных поговорок, имеющих статус непреложной истины. Одна из самых дурацких – «один в поле не воин». Только одиночка и может быть настоящим воином – тем, кто не выполняет чьи-то приказы, а руководит войной сам.
Истории известны примеры, когда один целеустремленный человек повергал в прах целые державы.
Поставленная задача полностью заняла мысли Фандорина. Он больше не скорбел, не тосковал, не предавался отчаянию. Пожалуй, таким сильным, как сейчас, он еще никогда себя не ощущал. Мозг работал быстро, холодно, ясно.
Первый шаг очевиден.