Ее мир перевернулся вверх дном. Ей следовало бы обливаться слезами или хотя бы разозлиться. А она улыбалась.
Винить Джереми в случившемся она не могла. Он пытался уложить ее в постель с тех пор, как она появилась в этом доме. Он не лгал и не притворялся. И шампанское было не виновато: от боли она враз протрезвела. Оставалось корить только себя, но за что? За непреодолимое влечение к Джереми?
Да, предаваться с ним любви было замечательно, гораздо лучше, чем ей представлялось. Дэнни даже подозревала, что это занятие станет для нее излюбленным.
Оплакивать потерю невинности или бесконечно ругать себя за ошибку она не собиралась. Но придется искать другую работу. Здесь оставаться нельзя: стоит Джереми взглянуть на нее, и она наверняка потащит его к ближайшей кровати.
— Не притворяйся спящей: я же знаю, что ты не спишь.
Дэнни открыла глаза и обнаружила, что он лежит на боку, подперев голову рукой, и улыбается ей. Должно быть, он наблюдал за ней с самого пробуждения.
Жаль, что сама она до этого не додумалась. Разглядывать спящего Джереми было бы чудесно. Сдерживать трепет, видеть его наготу, вспоминать события минувшей ночи… Дэнни уже знала, что кожа у него гладкая и упругая. Волосы густые, прикосновения к ним сводят с ума. Одна прядь все время падала ему на лоб, и. Дэнни тянуло поправить ее.
— Не рано ли ты проснулся, приятель?
— Да я всю ночь не смыкал глаз, зная, что ты рядом!
Дэнни рассмеялась: его шутки ей тоже нравились.
Его улыбка стала шире.
— Неудивительно, что тебя так долго принимали за мальчишку. Ты храпишь!
Она заморгала и фыркнула:
— Фу, гадость!
— Думаешь? Надо было сказать, что я от тебя без ума. Но я не знал, захочешь ты это слышать или нет.
— Вот именно, — поддержала Дэнни и добавила тем же тоном: — А мне надо было устроить тебе трепку.
— Да, это твое право. — Он притворно вздохнул.
— Правда? — недоверчиво переспросила Дэнни и села.
Он снова усмехнулся, а у нее возникло ощущение, что он вовсе не шутит. Его взгляд скользнул по обнаженной груди Дэнни. Она не покраснела, но некстати вспомнила, что пора одеваться и уходить.
С этой мыслью она встала. Он не пытался остановить ее — вероятно, залюбовавшись ее телом. Дэнни нашла свое сброшенное белье, надела его, затем чудесное бальное платье.