Если весь день прятаться от экономки, может быть, она забудет дать ей указания, и сегодня Дэнни не придется прислуживать членам королевской семьи.
Во взвинченном состоянии она ухитрилась убрать весь этаж уже к полудню — не считая комнаты Джереми. Он все еще был дома, поэтому Дэнни старалась даже не приближаться к двери.
После полудня миссис Робертсон разыскала Дэнни и велела ей спуститься в большую столовую. Все указания Дэнни запомнила без труда — их было не так уж много: кому подавать блюдо первому, как разливать вино, не испачкав этикетку, как вовремя наполнять бокалы.
— И приведи себя в порядок, — добавила миссис Робертсон, отпуская Дэнни.
Дэнни вспыхнула. Не далее как сегодня утром Клэр ехидно высмеяла ее за измятую юбку. Видно, придется отвыкать от давней привычки спать в одежде.
— Дэнни, будь любезна зайти ко мне.
Она мысленно вздохнула. Избежать встречи с Мэлори не удалось. Выходить из спальни он не собирался, но, судя по всему, уже давно не спал. Он выглянул, в коридор, позвал Дэнни и оставил дверь открытой.
Дэнни осторожно заглянула в комнату. Мэлори валялся на постели, закинув руки за голову с самым непринужденным видом. И конечно, он опять был не одет — если не считать белой рубашки, расстегнутой на груди, и желтовато-коричневых бриджей.
Дэнни тоже случалось весь день нежиться в постели, пока она не получила настоящую работу. Чертовы богачи. Ну и как прикажете убирать у него в спальне, если его отсюда ничем не выманишь?
Она намеренно подогревала свою злость — потому что при виде лежащего Мэлори у нее заколотилось сердце. Он был так красив, что у нее даже зачесались пальцы от острого желания прикоснуться к нему.
— Вам что, сегодня нечем заняться? — спросила она резче, чем следовало.
Повернувшись на голос, он от удивления широко раскрыл синие глаза.
— Бог мой, да ведь ты красавица! — воскликнул он. Услышав такие слова от Карлтона, Дэнни осталась бы довольна, но комплимент Мэлори не впечатлил ее: чего он добивается, она уже знала. К тому же сегодня она была не в настроении выслушивать похвалы, потому фыркнула:
— Врете! Сегодня мне уже дважды сказали, что у меня безнадежно измята юбка.
— Мятая одежда — это сущие пустяки, дорогая.