Ена резко покачнулась, кубок выпал из рук Рокеля, но он не обратил внимания, бросившись к Ене. Заключив её в объятия, княжич оттащил её от балдахина, тонкие столбики которого заскрипели, не готовые к качке. Оконная рама треснула. Ена задрожала от ужасающего ощущения нереальности происходящего. Чудилось, что вся земля пошла волнами, раскачивая терем, как маятник. Рокель отвёл Ену подальше от окна и падающих предметов. По стене пошла трещина, балдахин растрескался, посыпались щепки. Продолжая прижимать к себе Ену, Рокель встал ближе к выходу.
В коридоре послышались крики, где-то снаружи тоже вопили. Ена не могла разобрать слов из-за грохота крови в ушах, лицом она прижалась к груди Рокеля, сосредотачиваясь на его сердцебиении. Оно тоже было встревоженным, однако внешне княжичу удавалось оставаться хладнокровно-спокойным. Он не пытался куда-либо бежать, пока пол был неустойчивым.
– Всё хорошо, не бойся, – раздался успокаивающий голос, он перекрыл крики и даже безмолвный вопль паники в голове самой Ены.
Стены и пол перестали ходить ходуном, но Ене продолжало мерещиться, что она сама раскачивается. Половина её вещей были на полу, лавка опрокинулась. Расщепленные столбики балдахина опасно кренились, готовые вот-вот упасть.
– Ена? Ты в порядке?
Она с такой силой вцепилась в рубаху Рокеля, что ему пришлось буквально её оторвать от себя. Его ладони погладили её волосы, щёки, шею и плечи, он приподнял её лицо, заставив взглянуть ему в глаза.
– Ты не поранилась?
Ена вновь задышала и растерянно закивала, от чего голова ещё сильнее пошла кругом.
– Я в порядке. Что случилось? – хрипло спросила она, когда Рокель усадил её на сундук.
– Не знаю, кажется, сама земля дрожала. Я схожу узнаю, а ты оставайся здесь, ладно?"
"Ена вцепилась в руки Рокеля и как маленькое капризное дитя завертела головой. Она не хотела, слишком боялась остаться одна. За миг земля – самое крепкое, что у них есть, – перестала быть устойчивой.
– Не бойся, глупая, – с успокаивающей улыбкой Рокель погладил её по волосам. – Я всегда возвращаюсь. Меня не остановили ни изгнание, ни князь, ни война. Не остановит и дрожащая земля.
Ена смотрела на Рокеля во все глаза: сказанное им пробило её окаменевшее сердце, но вслед за болью пришло тепло, будто лёд на замёрзшем озере наконец треснул, обещая приближающуюся весну.
Глава 19.