По дороге на Оюту

А когда я внимательно рассмотрела все полотенчики и бутылочки с гелями и шампунями, что принёс в коробках во время побега с крейсера со складов Демьян, так и вовсе возликовала. Теперь я по полчаса занимала санблок утром и перед сном.

Время мы решили на корабле выставить пока земное: сутки — двадцать четыре часа, в одном часе — шестьдесят минут. Ведь с планетой, на которой мы будем жить так и не определились. В системе Оюта существовало аж четыре планеты, пригодные для заселения, и на каждой из них можно было либо получить, либо купить земельный участок.

Величины времени там естественно будут иные, и придется адаптироваться.

Но привыкать к новому времяисчислению мы будем позже.

А пока всё по родному, по земному. Тем более что сутки на Марсе больше земных всего на один час, поэтому и Демьяну комфортно.

Выйдя из душа, я старательно спрятала постиранное бельё, сжав его в кулак и заведя руку за спину. Но моя попытка незаметно проскользнуть в каюту была мгновенно пресечена.

— Анита, вот если не умеешь, солнышко, хитрить, так и не начинай.

Я же сказал, что мыло слишком щелочное, вот к чему тебе стирать ручки в кровь?

Выругавшись про себя, я натянула улыбку на лицо.

— А если не умеешь фальшивить и изображать мнимое довольство жизнью, то и нечего улыбаться таким образом, — припечатал меня мой мужчина.

Повторно выругавшись, я стёрла всё «довольство жизнью» с лица.

— Уже лучше, ну, и что тебя заставило взяться за кусок мыла? — допытывался сидящий ко мне спиной Демьян. Как он только спалил меня?! Зеркала или камеры у него там какие, что ли?

— Нуу… — деланно взвыла я, — моё бельё слишком дорогое и качественное, а там, — я указала пальцем на санитарную комнату, — там влажно.

Оно лежит и начинает неприятно пахнуть плесенью. И вообще, как ты узнал, что я стираю?"

"И главное - правду же сказала про запах и влажность: все грязные вещи, что я сложила там вчера, жутко пахли отсыревшей тканью.

— Тазами громко гремишь, — хмыкнул Демьян. — И у нас на корабле нет плесени, милая, — обернувшись, сообщил Демьян, его бровь странно поползла вверх, — всё обеззараживается согласно графику.

Его неверие меня возмутило.

— Я не знаю, что и где тут обеззараживается, — насупившись, пробурчала я. — Но вот уже пару дней я чувствую запах гнилости и плесени; особенно он проявляется, если оставишь что-нибудь из одежды в санблоке.

Демьян всё также недоверчиво смотрел на меня, не мигая, словно пытаясь понять: обманываю я его или говорю правду.