Джордж сделал шаг вперед, его голос был едва ли выше шепота, предназначенного только для Ричарда.
— Судно называется «Бесстрашный Дрейтон». До того, как граф Камарин усыновил меня, моя фамилия была Дрейтон. В доме моей покойной бабушки есть картина с изображением этого корабля.
Он взял наручники из рук Ричарда и со щелчком надел их себе на запястья.
— Это корабль моего отца. Либо работорговцы убили моего отца и захватили его судно, либо он работает на них и несет ответственность за смерть собственной матери. Мне нужно знать какой вариант верен.
* * *КАКОЕ-ТО мгновение Ричард стоял, сердито глядя на Джорджа, потом проверил наручники на его запястьях.
— Не делайте глупостей.
Он повернулся и зашагал вперед, рядом с Джейсоном.
Джордж выдохнул. Для Ричарда семья была всем. Он понимал кровные долги и право требовать справедливости для своей семьи, но это была азартная игра.
Его отец не мог работать на работорговцев. Даже он не смог бы пасть так низко.
"Лодки причалили, их плоские днища с тихим шелестом царапали песок. Первым вышел пожилой мужчина, за ним еще четверо матросов. Высокий и широкоплечий, он шел, как моряк, слегка покачиваясь при каждом шаге, твердо упираясь ногами в землю.
Джордж пристально смотрел на него, отмечая каждую деталь. Серые глаза, растрепанные светлые волосы, коротко подстриженные, постаревшее лицо, когда-то, вероятно, красивое, но опухшее от недосыпа и, вероятно, слишком большого количества алкоголя, седеющая щетина на щеках… Он напрягся, пытаясь вспомнить, но в его памяти лицо отца было расплывчатым пятном. Раньше он помнил. Раньше он знал, как выглядит его отец, но прошли годы, и теперь воспоминания были потеряны.
— Ворон, — сказал мужчина. — А где Вошак?
— Охотник достал его, — ответил Ричард, его голос превратился в хриплое рычание. — Застрелил его на краю Вереска, когда мы выезжали.
— А Сейрен?
— Его тоже достал. Стрела в глаз. Хреново на это смотреть.
Мужчина вздохнул.
— Обычно он так и делает. Кто-то должен позаботиться об этом ублюдке. Он урезает наши доходы.
— Кто-нибудь убьет его, — отрезал Ричард-Ворон и сплюнул на песок. — Это буду не я, говорю тебе.