Я не знаю, что ты можешь сделать.
Его глаза встретились с ее.
— Миледи, уверяю вас, я не представляю для вас опасности.
— Говорит Охотник на волков.
— Ты считаешь меня опасным, но позволяешь собаке работорговцев с окровавленными зубами лежать у твоих ног.
— Я знаю собаку дольше, чем тебя.
Он улыбнулся ей.
— Могут ли два человека по-настоящему узнать друг друга через прутья человеческой клетки?
Шарлотта моргнула. Он процитировал «Балладу пленника», произведение, которое считалось одной из вершин Адрианглийской литературы.
— Я могу просто уйти и оставить тебя в клетке, — сказала она.
— Не думаю, что ты это сделаешь, — сказал Ричард.
— Почему ты так уверен?
— Ты исцелила меня, — сказал он. — Я помню твои глаза. Ты не приговорила бы человека к медленной смерти.
Он разгадал ее блеф. Оставить его умирать с голоду было выше ее сил, каким бы опасным он ни был.
— Если я открою эту клетку, ты ответишь на мои вопросы.
— Настолько честно, насколько это в моих силах.
— Прежде я выпущу на тебя тиф, малярию, красную смерть, эболу, туберкулез… У тебя есть какие-нибудь предпочтения? У меня много чего есть.
— Где? — спросил Ричард.
— Я ношу их спящие образцы в своем теле. Чтобы вылечить болезнь, нужно сначала понять ее, а иногда для вакцинации необходима преднамеренная инфекция.
— Я постараюсь, чтобы это не вылетело у меня из головы.
Шарлотта встала. Блондинистый работорговец был вожаком. Скорее всего, ключ у него. Она присела на корточки рядом с его телом… оно ужасно пахло, и обыскала его одежду, быстро вывернув карманы. Деньги, патроны…
— Ключа нет.
— Спасибо, но нам не обязательно его находить, — сказал Ричард.
Она вытащила клинок из ножен на поясе работорговца, просунула руку между прутьями и распилила жесткую веревку, связывающую его запястья. Веревка оборвалась. Он расправил плечи и протянул руку.
Она могла бы пожалеть об этом, но она не могла просто оставить его в клетке. Шарлотта вложила клинок ему в руку. Ричард перевернул его. Она почувствовала, как магия потекла к клинку.