Слава богу, он не до конца понимает причину такой непреклонности с моей стороны, но ему хватает моего взгляда, чтобы сообразить, какие слова я произнесу дальше.
И тогда он меняет тактику.
Воинственно скрещенные руки падают вдоль его тела. Гонор и упрямство уходят из глаз, а лицо расслабляется.
— Гром, девчонке реально нужна эта работа, — спокойно начинает говорить он, делая шаг вперёд и вставая ко мне практически вплотную. Смотрит прямо в глаза, всем своим видом давая понять, что не напирает, а типа открывает вселенскую тайну, которую никому нельзя говорить.
"С каждым произнесённым им словом градус злости во мне начинает понижаться.
И словно окончательно меня «добивая», Степан вкидывает очередную инфу.
— Как я понял, пацану позарез профессиональный психолог нужен. Думаю, сам догадываешься, сколько стоят услуги нормального спеца. Так что… — он отступает. — Если хочешь, увольняй. Но имей в виду, тебе придётся самому это Юле сказать. У меня просто язык не повернётся ей это сообщить.
Сука! Да что же всё так… сложно-то!
— Пройдёт тест, останется, — чуть ли не с отвращением к самому себе выцеживаю я.
— Хорошо, — облегчённо выдыхает Степан. — Но я уверен, она справится.
— Посмотрим. Короче, у тебя три минуты. Предупреди всех, чтобы ослепли и оглохли на полчаса. Узнаю, что кто-то её предупредил, будет уволен сразу же. И донеси до всех, что в нормальное место я им потом не дам устроиться.
— Только Гвоздь со своими парнями. Но они в випке.
— Проследишь, чтобы эти полчаса они оттуда не высовывались.
— Хорошо.
Я поворачиваю голову в сторону двери, за которой скрылась девчонка.
Если бы взгляд мог воспламенять, эта деревянная дверь полыхала бы уже.
Выдвигаюсь в нужную сторону, очень надеясь на то, что Ржавый ошибается. И она либо сломается под моим напором, либо просто не устоит перед соблазном больших денег.