Удары обрушившейся воды подбрасывали тяжелый корабль как игрушку, а Риган, держась за борт, молилась и смотрела, как Тревис пытается удержаться на вантах. Она понимала — что-то случилось, ему приходится бороться не только со штормовой стихией.
Держась одной рукой за поручни, она схватила со стены свернутый линь и двинулась к основанию вант.
Со всех сторон неслись крики матросов, но ветер и брызги искажали звуки. Риган пристально следила за тем, как Тревис с трудом ползет вниз. По-прежнему изо всех сил цепляясь за ванты, она начала взбираться вверх, пока наконец не коснулась его сапога.
Ей было страшно, но, понимая, что другого выхода нет, Риган обмотала линь вокруг его ноги и вантов. Линь был слишком длинным и толстым, чтобы можно было как следует завязать узел, поэтому она просто обмотала его, надеясь, что успеет закончить, пока не обрушится следующая волна.
Она была совершенно не готова к тому, что волна захлестнет ее, пока висела над палубой, держась только за тонкий вант. Чтобы спасти жизнь, она привязалась к вантам.
Когда волна спала, от страха Риган не могла двинуться; ее рука сжимала обмотанный вокруг ноги Тревиса линь. Она боялась открыть глаза, Она сделала все, что в ее силах, чтобы спасти Тревиса, и теперь боялась посмотреть, остался ли он на месте. Казалось, прошла вечность, прежде чем она, и сидя, и вися одновременно, услышала с палубы крики. Вместо того чтобы открыть глаза, она зажмурилась еще сильнее."
"— Тревис! — раздался звонкий голос откуда-то снизу, совсем рядом с ней.
— Миссис Стэнфорд! — Этот голос мог принадлежать только капитану.
В страхе она открыла глаза, но боялась смотреть влево, где, по-видимому, висел Тревис — а вдруг его там уже нет?
Позже никто так и не мог вспомнить, кто же рассмеялся первым. Возможно, смеяться было нечему. Но матросы так радовались, что шторм прошел — последние две волны сбили корабль с курса — что представшее их глазам зрелище показалось им поистине забавным.
Итак, в трех метрах над палубой сидела на вантах Риган в промокшем насквозь муслиновом платье, продев босые ноги между перекладинами и накрепко скрестив их, а руками обнимала собственное тело.
— Хватит веселиться, помогите им! — проревел капитан.