– Нет, – решительно покачала головой Вика, – это, как говорится «не катит». Часов в шесть-семь обнаружат наше исчезновение и сразу придут сюда. Высокий чин, как правило, на работу раньше десяти не приходит, они просто не дадут нам никуда позвонить.
– Да кто они-то?! – всплеснула руками мама.
– Я не сказала, но ночью нас со Степкой уже охраняли.
– Как же ты ушла? – спросил отчим.
– Через черный ход, его не охраняли.
Он внимательно на нее посмотрел и, поняв больше, чем она сказала, не стал задавать лишних вопросов, а предложил:
– Тогда мы все сейчас поедем ко мне.
– Тоже не катит, – возразила Вика. – Я уже думала об этом. Они выбрали Степика по двум причинам: во-первых, он очень здоровый ребенок, и, во-вторых, мы простая семья, без денег и связей. Когда они узнают про вас, а узнают очень быстро, что вы человек известный, не бедный и имеете весомые связи, постараются прикрыть лавочку и, может, захотят убрать меня как основного свидетеля.
– Господи, Вика! – ахнула до крайности перепуганная мама.
– За всем этим стоят большие деньги. Я же рассказывала, что завотделением получил официальный ответ: факты не подтвердились. Значит, у них в милиции есть кто-то свой, и это не рядовой милиционер из районного отделения.
Вика допила кофе и, поставив чашку, пояснила:
– Я пока не знаю, как они действуют и кто за ними стоит, но рисковать не собираюсь. Лучше я перестрахуюсь десять раз, чем дам малейшую возможность найти нас со Степкой.
– Так ты что, хочешь выяснять, проводить расследование? – охнула мама, от страха приложив ладошку к губам.
– Если этого не сделать, то мне придется убегать всю жизнь и постоянно бояться, что Степку в любой момент могут украсть, как идеального донора для кого-то.
– Может, вам уехать к отцу, в Питер? – предложил Олег Николаевич.
– Нет, по тем же самым соображениям: у него нас станут искать в первую очередь.